— Пойдёмте, подышим свежим воздухом, — предложила она мальчишкам.
— А тётя Татьяна? — прошептал Станислав.
— Она спит, — так же тихо ответила Оксана.
И действительно, Татьяна дремала, откинувшись на спинку кресла, и громко посапывала.
На перроне веяло прохладой. Осенний воздух напоминал о прелых листьях и лёгком дымке. Продавщица пирожков оказалась разговорчивой старушкой, а выпечка — горячей и вкусной. Настроение у ребят заметно улучшилось: Полина хохотала, размазывая повидло по щекам.
— Мам, а до Яготина далеко? — спросил Данил.
— Часа через два будем, — с улыбкой ответила Оксана. — Потерпим немного.
Они вернулись в вагон буквально за минуту до отправления. Подойдя к своему купе, Оксана потянула за ручку двери. Та не поддалась.
Она постучала — в ответ тишина. Потянула сильнее — заперто изнутри.
— Откройте! — уже громче постучала она.
Из-за двери донёсся только громкий храп.
— Что случилось? — подошла проводница Елена.
— Внутри кто-то закрылся и не реагирует!
Проводница пожала плечами:
— Может быть, просто крепко уснула. Подождите немного.
— Подождать? Это наш вагон! Вы обязаны открыть мастер-ключом!
— Без веской причины не имею права этого делать, — отрезала Елена и ушла прочь.
Оксана осталась стоять в коридоре с тремя детьми и чувствовала, как внутри закипает злость. К Елене вскоре присоединилась её коллега Ирина — сухощавая женщина с колким взглядом и недовольным выражением лица.
— Чего шумим? — спросила она раздражённо.
— Пассажирка закрылась в нашем купе!
— Сами впустили — сами теперь разбирайтесь, — безразлично бросила Ирина. — И вообще… вам одной целое купе не многовато?
Это стало последней каплей для Оксаны.
— Я приобрела билеты на все места! Это моё купе! Вы обязаны вмешаться!
Проводницы переглянулись и демонстративно отвернулись к своим делам.
Тогда Оксана приняла решение:
— Станислав, Данил, оставайтесь здесь с Полиной. Никуда не уходите. Я скоро вернусь.
***
Начальника поезда она обнаружила в служебном отсеке через два вагона. Виктор оказался худощавым мужчиной лет пятидесяти с усталым лицом и внимательным взглядом. Он выслушал её спокойно и без перебиваний, после чего поднялся со своего места:
— Пойдёмте со мной, — сказал он коротко.
Они вернулись к четвёртому купе. Дети сидели на сумках у стены; Полина спала у Станислава на руках.
Виктор достал связку ключей и вставил один из них в замок двери. Она открылась без усилий.
Внутри царил беспорядок: на столике пустая бутылка из-под спиртного, остатки еды валялись повсюду; окурок дымился прямо в стакане. Татьяна развалилась поперёк двух нижних полок и крепко спала.
— Гражданка! — резко окликнул её начальник поезда. — Просыпайтесь немедленно!
Женщина вздрогнула и приоткрыла затуманенные глаза:
— Чего орёте-то?.. — пробормотала она невнятно.
— Немедленно покиньте это купе!
— А что такое? Меня проводница впустила…
— Все четыре билета оформлены на гражданку Оксану! Вы заняли чужое место незаконно! Собирайтесь немедленно!
Татьяна попыталась возмутиться вслух, но твёрдый взгляд Виктора не оставлял ей шансов спорить: она нехотя начала собирать свои вещи под бормотание ругательств себе под нос.
Затем начальник поезда повернулся к подошедшим проводницам:
— А вас обеих я жду у себя после рейса для объяснений. Это грубое нарушение ваших обязанностей!
Елена побледнела от страха; Ирина хотела что-то сказать в своё оправдание, но Виктор жестом остановил её:
— Всё ясно. Разговор окончен!
***
Купе словно обрело прежнюю жизнь: сквозняк из приоткрытого окна быстро развеял запахи чужого присутствия. Дети устроились по местам; глядя на их лица с облегчением и уважением к матери, Оксана чувствовала внутреннее спокойствие после пережитого волнения.