К тому моменту у него уже было довольно солидное звание и соответствующий доход.
Кроме того, он отличался привлекательной внешностью и обладал отменным чувством юмора. Всё это, вкупе с его мягким южным говором, делало его невероятно обаятельным в глазах женщин. Неудивительно, что на поминках устроили танцы — ведь такой завидный жених снова стал свободен!
Ганну, которую вытащили из села к ненавистной внучке от не менее нелюбимой невестки, переполняли чувства, далёкие от симпатии. Родные внуки остались далеко — с ними хотелось нянчиться и баловать. А эта девочка… совершенно её не интересовала.
— Ганна, я вернусь в восемь, — привычно сообщала девочка, приученная к распорядку.
— А мне всё равно — хоть вообще не возвращайся! — буркала «заботливая» бабушка.
Так Леся оказалась предоставлена самой себе. Тем не менее она продолжала прилежно учиться, как и раньше. Только теперь ещё больше времени проводила за книгами — это помогало ей отвлечься от реальности.
Несмотря на холодность в отношениях, Ганна готовила еду, стирала бельё и поддерживала относительный порядок в доме. Отец появлялся редко: дневник он не проверял, родительские собрания игнорировал — оставлял немного денег на еду и снова исчезал неизвестно куда.
Когда Лесе исполнилось пятнадцать лет, отец сообщил о намерении жениться и познакомил её со своей избранницей. Позже она осознала: вариант был вовсе неплохой. Но тогда подростковая злость взяла верх — к Алёне девочка отнеслась с яростным неприятием.
Женщина выглядела весьма достойно: отец всегда ценил женскую красоту. Кроме того, она занимала хорошую должность и производила впечатление ухоженной дамы — всё при ней: лицо ухоженное, одежда со вкусом подобрана… ну а дальше по списку.
Помимо прочего у неё была собственная квартира во Львове — а это вам не шутки. Правда, вместе с ней жили сын и пожилая мать: все обитали в этой самой квартире.
Женщина была согласна на брак и совместную жизнь под одной крышей. А вот её мама и ребёнок были категорически против. Лесе тоже совсем не улыбалось переезжать в престижную трёхкомнатную квартиру. Поэтому некоторое время Василий метался между двумя домами — к тому моменту бабушка уже уехала обратно в деревню, и девочка осталась одна.
Почему органы опеки никак на это не отреагировали (а ведь обычно они вмешиваются даже без повода), остаётся загадкой. Затем отец просто начал звонить ей время от времени да переводить деньги на карточку.
Жизнь наедине с собой имела свои плюсы: никто не контролировал каждый шаг.
Нет-нет да напоминала себе Леся о дисциплине: никаких сомнительных компаний или вредных привычек она себе не позволяла. К тому же нужно было регулярно убираться дома и готовить пусть простую, но домашнюю пищу.
Так она освоила рецепты из старой маминой книги под названием «Хорошее питание – тоже воспитание!»
Позже через интернет научилась вязать варежки и шапочки с необычными узорами – таких больше ни у кого из одноклассников не было. И даже немного продавала свои изделия – так началась её первая попытка превратить увлечение в источник дохода.
Когда Леся поступала в университет, отец развёлся со своей новой супругой. Почему? Где же любовь? Что случилось – осталось тайной: Василий ничего дочери толком так и не объяснил. В официальных бумагах причиной развода значилось то, что мачеха якобы так и не смогла наладить отношения с дочерью – суд сразу принял сторону несовершеннолетней девушки: тогда интересы ребёнка ставились выше всего другого…