– Оксанка, давай обойдёмся без сцен…
– Я не устраиваю сцен, – спокойно ответила она, повернувшись к нему. – Я просто отстаиваю наш дом. Если ты не в силах отказать своей родне, это сделаю я.
Тем временем Анастасия уже раскидала по всей гостиной свои косметички и зарядки. Устроившись на диване, она включила сериал на полную громкость и с вызовом начала хрустеть печеньем, щедро осыпая крошками только что вычищенный ковёр.
Оксанка подошла к розовому чемодану, взялась за ручку и поставила его у входа.
– Олег, – произнесла она спокойно, – либо ты сейчас попросишь сестру собрать вещи, либо я сама вынесу её чемодан за дверь.
В комнате повисло гнетущее молчание. Даже Анастасия выключила телевизор. Олег нервно кусал губу, переводя взгляд с жены на сестру.
Наконец он тяжело выдохнул:
– Настя… может, всё-таки переночуешь у Раисы?
Анастасия вскочила с места, пылая от возмущения:
– Вот как! Мама была права — ты под каблуком! – с этими словами она начала швырять вещи обратно в чемодан. – Надеюсь, ты счастлив? Твоя ведьма выгоняет твою же кровь!
Олег промолчал. Оксанка стояла у двери неподвижно.
Когда Анастасия хлопнула дверью и ушла, в квартире воцарилась непривычная тишина. Олег опустился на диван и закрыл лицо ладонями.
– Ты довольна? – пробормотал он сквозь пальцы.
Оксанка подошла и присела рядом:
– Нет… Но я не позволю разрушить то, что мы с тобой создавали все эти годы.
Она взяла его за руку — но почувствовала: он не отвечает ей в ответ. Впервые за всё время их брака между ними возникла невидимая преграда.
Оксанка понимала: пусть эта схватка и выиграна — война ещё впереди. Раиса так просто не отступит.
Прошло два дня после того вечера. В квартире царило напряжённое молчание. Олег почти не разговаривал дома: задерживался на работе или сразу уходил в ванную после прихода. Оксанка чувствовала — между ними растёт холодная стена отчуждения… но знала: уступать нельзя.
Вечером в среду раздался звонок в дверь. Когда Оксанка открыла её — на пороге стояла Раиса: в пальто с меховым воротником и тщательно уложенной причёской; только глаза выдавали бурю внутри — они сверкали яростью под маской любезности.
— Добрый вечер, Оксанка… — произнесла она сладким голосом из тех самых тональностей перед грозой — знакомых до боли.
Из комнаты вышел Олег и замер при виде матери:
— Мам… мы тебя не ждали…
— Понятно же — никто меня тут не ждал! – свекровь прошла мимо них прямо в гостиную и уселась в кресло с видом судьи на заседании. – Раз уж мою дочь выставили как бездомную — пришлось прийти самой!
Оксанка закрыла дверь и медленно подошла ближе:
— Раиса Ивановна… давайте без трагедий? Анастасия сама…
— Молчи! – вдруг вспыхнула свекровь и ударила ладонью по подлокотнику кресла. – Ты вообще понимаешь, кому говоришь такие слова? Я мать твоего мужа!
Олег нервно провёл рукой по волосам:
— Мам… ну пожалуйста…
— Нет уж теперь! Теперь будет так, как я скажу! – Раиса выпрямилась во весь рост сидя. – Я подготовила документы для временной регистрации Анастасии здесь. Ты их подпишешь! А если эта… твоя жена против — пусть собирает свои манатки!
У Оксанки подкосились ноги от услышанного; она перевела взгляд на мужа — тот стоял молча с потупленным взглядом.
— Олег?.. — её голос дрожал от напряжения.
Он ничего не ответил.
Раиса достала из сумки папку с бумагами и положила их на стол перед сыном:
— Подпиши сейчас же — тогда проблем никаких не будет!
И тут до Оксанки дошло: это момент истины. Она медленно подошла к книжной полке у стены, достала синюю папку потолще и положила рядом со свекровиными бумагами:
— Прежде чем что-то подписывать… предлагаю разобраться вот с этим… – сказала она спокойно и открыла свою папку. – Вот выписка из реестра прав собственности: квартира оформлена как совместная собственность супругов; вот кредитный договор: 80% платежей списываются именно с моей карты; а это график погашений по месяцам…
Раиса побледнела заметно даже под макияжем:
— Это что сейчас было? Ты мне угрожаешь?
— Нет… – тихо ответила Оксанка, глядя прямо на мужа. – Я защищаю то единственное важное для нас обоих место… Если Анастасию пропишут здесь официально — я подаю заявление о разводе… И требую раздел имущества согласно вложенным средствам…
Олег резко поднял голову:
— Ты серьёзно?..