С подпиской Дзен Про реклама исчезает из статей, видео и новостей.
Свекровь сказала — кольца не будет. И в тот момент я впервые осознала: дело вовсе не в деньгах.
До того вечера всё складывалось спокойно и предсказуемо. Александр, двадцатидевятилетний программист из небольшой компании, был уравновешенным и надёжным человеком — не герой романтических историй, но мне и не нужен был такой. С ним было уютно просто пить чай по вечерам, молчать рядом или засыпать под его ровное дыхание. За три года отношений я ни разу не усомнилась — мой ли он человек? Без сомнений — мой.
Меня зовут Оленька, мне двадцать восемь лет. Я работаю бухгалтером в управляющей компании на Ленина, 14 — третий этаж с окнами во двор. Оттуда видно мусорные баки и тополь, который каждую весну покрывает подоконник белым пухом. Мои мечты всегда были простыми: дом, муж рядом, дети когда-нибудь… И кольцо. Обручальное кольцо для меня — не просто украшение, а символ. У Веры до сих пор на пальце её колечко — скромное золотое с почти стёртым узором. В детстве я любила вертеть его на её тонком пальце: тёплый металл будто вобрал в себя всю их с отцом жизнь — споры и примирения, утренние завтраки, его болезнь и похороны. Кольцо осталось — значит, осталась память обо всём.
С самого детства я знала: однажды у меня тоже будет такое маленькое золотое солнце на руке.
Ужин с будущими родственниками назначили на субботу за неделю до свадьбы. Их квартира — двухкомнатная хрущёвка: чистота до скрипа, салфетки выложены строго по линейке. Людмила, мать Александра — женщина такая, при которой невольно выпрямляешь спину и втягиваешь живот. Тёмные глаза под густыми ресницами смотрят внимательно; голос негромкий — но каждое слово слышно отчётливо даже тогда, когда слушать совсем не хочется.
На столе стояли хрустальная салатница с оливье, румяная курица и пузатый графин с компотом. За окном октябрь шуршал ветками по стеклу; ветер бросал последние листья на подоконник.
Рядом со мной сидела Вера — я сама попросила её пойти со мной туда… даже толком не зная зачем. Тогда она сказала: «Хочешь — молчи себе спокойно… Но если что случится — я тебя никому в обиду не дам».
До десерта всё шло без сучка: обсуждали ресторанный зал, список гостей и кто за что платит. Александр улыбался мне через стол и наливал компот в мой бокал.
А потом Людмила отложила вилку в сторону, промокнула губы салфеткой и произнесла негромко – будто между прочим:
— Я вот подумала насчёт колец… Может быть обойдёмся? Расходов сейчас много… ипотека висит… Будет честнее без лишнего пафоса. В ЗАГСе штамп поставят – этого ведь достаточно?
Часы на стене тикали громко-громко – будто отбивали удары сердца.
Я застыла на месте; под столом крепко сжала край юбки кулаком.
— Простите… но как это так? Без колец? – мой голос звучал чужим и тонким.
Людмила удивлённо приподняла брови:
— А зачем они нужны?