— У тебя снова спина? Богдан Кравченко, ты издеваешься?! — Оксана стояла в дверях спальни, сжимая в руке мокрую швабру, словно копьё разгневанной амазонки.
— Оксаночка… — простонал из-под одеяла страдалец, — ты же знаешь, у меня остеохондроз… Вчера на работе чертежи перебирал, неудачно наклонился…
— Ах, чертежи! — Оксана взмахнула шваброй так резко, что капли воды долетели до супружеского ложа. — А я-то надеялась, что сегодня поедем на дачу! Картошку выкапывать, яблони подрезать… Дети уже собрались!
Богдан Кравченко, инженер-строитель с двумя десятками лет опыта за плечами, обладатель мощного торса и рук, способных согнуть арматуру без особого усилия, жалобно застонал и повернулся набок, демонстрируя супруге свою измученную спину в полосатой пижаме.
Последние три года их брака его спина проявляла удивительную избирательность: она начинала болеть аккурат перед генеральными уборками дома, поездками на дачу или днями рождения детей (когда требовалось нести торт весом с поросёнка и надувать десятки шариков). Но при этом она никогда не напоминала о себе перед футбольными матчами с друзьями или рыбалкой.
Оксана ещё немного постояла в дверях, сверля мужа взглядом такой силы, что им можно было бы пробить бетонную плиту. Затем резко развернулась и вышла. Богдан Кравченко приоткрыл один глаз и прислушался к удаляющимся шагам. Уголки его губ поползли вверх в довольной ухмылке. Вновь удалось выкрутиться!
Прошла неделя. Судьба — эта ехидная дама в кружевных панталонах — решила сыграть с Оксаной злую шутку. Она возвращалась одна с дачи и тащила две тяжёлые сумки с урожаем. Антоновка уродилась знатная: яблоки были крупные и весили немало. На остановке руки окончательно отнялись от тяжести сумок, и женщина решила сократить путь через парк.
И тут она его увидела.
На футбольном поле под осенним солнцем — словно на живописном полотне импрессиониста — носились мужчины среднего возраста. Среди них выделялся её супруг: сверкая лысиной и размахивая руками без малейших признаков боли в суставах. Он только что загнал мяч в ворота и теперь ликующе вскинул руки к небу под одобрительные хлопки товарищей по команде по той самой спине, которая вчера «не позволила» донести даже пакет молока.
Оксана медленно опустила сумки на землю. В её взгляде вспыхнуло такое пламя ярости, что листья ближайшего клёна будто вспыхнули ещё сильнее от этого жара.
— Мамочка… это точно был папа? — переспросил вечером старший сын Роман за ужином с пирогом от бабушки.
— Точно он… — мрачно подтвердила Оксана. – Скакал как молодой олень… Махал руками будто мельница на ветру…
Лариса медленно отложила вязание…