— Ах ты предательница! Вот как ты меня встречаешь — с моим же братом?! — его вопль прокатился по всей улице, и прохожие невольно начали оглядываться.
— Я всё видел! Собирай вещи — мы разводимся!
Солнечные отблески скользили по стенам их уютной квартиры, а пятилетний Никита заливисто смеялся, стараясь поймать ладонью световые «зайчики». Жизнь Оксанки казалась спокойной и ясной, словно лесной ручей в тёплый день: любимый муж Богдан, пусть и часто пропадавший в командировках, неизменно возвращался с рассказами о поездках и маленькими сюрпризами для сына.
А Никита был её главным сокровищем — непоседливый, живой, не позволяющий заскучать ни на минуту. Их скромная, но по-настоящему родная квартира, приобретённая несколько лет назад, наполнялась детским смехом и ароматом свежей выпечки.
Да, Богдан порой задерживался дольше, чем обещал, однако в целом их семейная лодка уверенно держалась на плаву среди тихих волн повседневности. И Оксанка чувствовала себя любимой и защищённой.
Перелом наступил внезапно — в тот день, когда на пороге появился незнакомый мужчина с чемоданом. Неожиданный звонок в дверь застал семью прямо за обедом. Богдан пошёл открывать, а спустя минуту вернулся в сопровождении высокого темноволосого гостя.
— Оксанка, это Матвей, мой двоюродный брат, — невозмутимо представил он. — Он поживёт у нас какое-то время: ищет работу в городе, потом снимет квартиру.
У Оксанки тревожно ёкнуло сердце. О существовании брата Богдана она прежде даже не слышала. Матвею на вид было около тридцати пяти — внимательный взгляд, слишком располагающая улыбка.
— Почему ты не предупредил, что он приедет? — тихо спросила она мужа, стараясь, чтобы гость не уловил её слов.
— Я и сам не знал, — легко ответил Богдан. — Решил, что так будет интереснее.
Оксанка вежливо улыбнулась Матвею, но внутри уже нарастало беспокойство. В этом внезапном визите, в беспечности мужа, в неожиданно объявившемся родственнике чувствовалось что‑то неправильное. Словно лёгкий порыв ветра, предвещающий бурю.
Матвей довольно быстро освоился. Он оказался общительным, брался помогать по дому, чинил мелкие поломки, иногда даже готовил ужин. Рассказывал, что по профессии дизайнер и подыскивает подходящую работу.
Тем не менее его постоянное присутствие всё сильнее тяготило Оксанку. Богдан снова отправился в командировку, и дни потянулись однообразной чередой. Ей казалось, будто посторонний человек всё глубже вторгается в её пространство, стирая границы, где она была хозяйкой.
По телефону она не раз высказывала мужу своё недовольство:
— Богдан, сколько это будет продолжаться? Он живёт за наш счёт и никуда не торопится!
— Потерпи, он всё-таки родня. Найдёт работу — съедет, — отмахивался Богдан.
И лишь Никита, казалось, по-настоящему радовался появлению нового жильца.