Мы с Марко (ему тридцать два) были вместе уже четыре месяца. Познакомились совершенно случайно — в кофейне. Я работала за ноутбуком, заканчивала отчёт, когда он устроился за соседним столиком.
Разговор завязался спонтанно. Ему понадобилась зарядка для телефона, он обратился ко мне. В благодарность предложил угостить кофе. В итоге мы просидели там почти два часа, не замечая времени.
Марко производил приятное впечатление. Слушал внимательно, шутил легко и уместно, не скупился на комплименты. В тот же вечер попросил мой номер и сразу написал.
Через три дня состоялось первое свидание. Он выбрал хороший ресторан, уверенно оплатил счёт и проводил меня домой. Никаких двусмысленных намёков — только лёгкий поцелуй в щёку на прощание.
Вторая встреча — кино и прогулка вдоль набережной. Третья — художественная выставка. Он выглядел человеком культурным, образованным, интересным.
Я не заметила, как начала влюбляться. Он писал ежедневно, звонил по вечерам. Мы могли разговаривать часами — о работе, мечтах, жизни, о том, какой видим будущую семью.
Мне тридцать один. Отношения раньше были, но всё не то. Кто-то не был готов к серьёзности, кто-то постоянно просил в долг, а один и вовсе жил с мамой в тридцать пять.
Марко казался полной противоположностью. Взрослый, самостоятельный, нацеленный на серьёзные отношения, а не на мимолётные приключения.
Он рассказывал о своей работе — менеджер в строительной фирме. Снимает однокомнатную квартиру, аренда дорогая. Мечтает накопить на первый взнос и приобрести собственное жильё, но пока откладывать не выходит.
Я тружусь аналитиком в банке. Зарплата стабильная — сто двадцать тысяч на руки плюс премии раз в квартал. У меня своя двухкомнатная квартира: пять лет назад родители помогли с первым взносом. Сейчас выплачиваю ипотеку и живу одна.
Спустя два месяца Марко заговорил о совместной жизни. Мы сидели у меня на кухне, пили чай с тортом. Он обнял меня и серьёзно произнёс:
— Александра, я каждый вечер возвращаюсь к себе и думаю — зачем? Я хочу быть рядом с тобой. Просыпаться вместе, засыпать рядом. Давай попробуем жить вместе? Проверим, действительно ли подходим друг другу.
Я задумалась. Два месяца — срок небольшой. Но мы виделись почти ежедневно. Я успела его узнать. Рядом с ним было спокойно и легко.
— А что будет с твоей квартирой? — поинтересовалась я.
— Съеду. Сэкономлю деньги. А мы поймём, есть ли у нас общее будущее.
Аргументы звучали логично. Я согласилась довольно быстро.
Мне казалось, что совместный быт всё расставит по местам. Мы проверим совместимость, поймём перспективы. Я мечтала о семье, о детях, о настоящем, а не о встречах по выходным и съёмных квартирах.
Хотелось устойчивости, надёжности, своего дома. Марко представлялся именно тем человеком.
В субботу утром он перевёз вещи — две большие сумки и рюкзак с ноутбуком. Немного, по сути.
Первая неделя прошла почти идеально. Мы вместе налаживали быт. Он повесил дополнительные полки в ванной, чтобы разместить мою косметику, устранил протечку на кухне, собрал новый книжный стеллаж.
Ужин готовили вдвоём: я занималась салатом и гарниром, он жарил мясо или рыбу. Вечерами долго сидели на кухне, обсуждали всё на свете и строили планы.
Марко был внимателен. По средам приносил цветы без повода. Запомнил ещё на первом свидании, что я люблю нарциссы. Это трогало до глубины души.
По выходным гуляли в парке, ходили в кино на новинки, по вечерам укутывались в плед и смотрели сериалы, заказывали еду домой. В квартире царили уют и тепло. Всё казалось правильным.
Я уже мысленно видела нашу свадьбу в красивом ресторане, представляла детей — сына и дочь, летние поездки к морю всей семьёй. Мне казалось, что я встретила человека, с которым можно прожить жизнь.
Но ко второму месяцу появились первые изменения.
Марко стал всё реже участвовать в домашних делах. За собой посуду не мыл, одежду оставлял где придётся. Возвращался поздно, выглядел измотанным, без сил опускался на диван.
— На объекте полный завал, — устало объяснял он. — Заказчик требует сдать проект на два месяца раньше. Я выжат как лимон.
Я верила. Не придиралась и не упрекала. Мыла посуду, готовила, убирала. Думала, это временно — закончится аврал, и всё придёт в норму.
По его словам, оклад у него был всего сорок тысяч чистыми, зато премии обещали солидные. Правда, их постоянно задерживали.
— Заказчик тянет с оплатой, — подробно рассказывал он за ужином. — А компания не перечисляет нам премии, пока не получит деньги. В строительстве такая перекрученная система. Но скоро должны рассчитаться по-крупному.
Я сочувственно кивала. У меня в банке всё чётко: зарплата приходит каждого пятнадцатого числа без задержек. С финансовыми трудностями я не сталкивалась и решила, что ему действительно сложнее. Хотелось поддержать любимого.
А затем начались просьбы — сначала совсем незначительные.
Однажды вечером в ресторане выяснилось, что Марко забыл кошелёк дома. Мы заказали стейки средней прожарки, салаты и десерты — тирамису и чизкейк.
Официант положил счёт в кожаной папке — три тысячи восемьсот гривен. Марко похлопал себя по карманам и заметно побледнел.
— Чёрт, кошелёк на тумбочке оставил, — произнёс он виновато. — Александра, выручишь? Завтра обязательно верну, обещаю.
Я без колебаний оплатила. С кем не бывает — забыл кошелёк, ничего страшного.
На следующий день он о долге не вспомнил. Я аккуратно напомнила за ужином.
— А, точно, — отозвался он рассеянно, не отрываясь от телефона. — Слушай, у нас ведь теперь практически общий бюджет. Какие долги могут быть между своими? Мы же пара. Почти семья.
Его слова заставили меня серьёзно задуматься.