«Богдан, когда ты скажешь жене, что любишь меня, а не её?» — настойчиво требовала она, зная, что время иссякает

Теперь я знаю: иногда любовь — это умение отпустить.

— Не стоит, — перебила я его. — Не нужно ничего объяснять. Всё уже ясно.

Он промолчал.

— Сколько времени? — спросила я тихо.

— Шесть месяцев, — едва слышно произнёс он. — Прости меня.

Я кивнула. Внутри было пусто и холодно. Ни слёз, ни злости — только ледяное спокойствие и ясность.

Решение

На следующее утро я отвезла сына к родителям. Вернувшись домой, начала собирать вещи. Взяла лишь самое необходимое.

Богдан сидел на кухне и молча наблюдал, как я аккуратно складываю одежду в чемодан.

— Что ты делаешь? — спросил он с тревогой в голосе.

— Ухожу, — спокойно ответила я. — Пока ты не определился, кого действительно любишь.

— Оксанка, прошу тебя, давай поговорим!

— Мы уже всё обсудили вчера.

Я взяла чемодан и направилась к выходу.

— Куда ты собираешься? — выкрикнул он мне вслед.

— Туда, где не придётся быть любимой наполовину.

Первые дни в одиночестве

В новой квартире меня встретила звенящая тишина. Я разобрала вещи, приготовила ужин, но аппетита не было вовсе. Включила телевизор просто для фона, чтобы заглушить мысли, но вскоре выключила: шум начал раздражать.

Вечером долго сидела у окна на подоконнике и смотрела на огни улиц. В голове крутились одни и те же вопросы: «Почему так вышло? Когда всё пошло наперекосяк? Что я сделала не так?»

Телефон молчал. Богдан не звонил.

Утром проснулась с чётким ощущением: «Надо продолжать жить».

Три месяца спустя

Я сняла небольшую квартиру в другом районе города. Устроилась на новую удалённую работу — так можно было больше времени проводить с Данилом.

Постепенно жизнь входила в привычное русло. Я начала ходить на йогу, познакомилась с новыми людьми, стала посещать выставки. Данил быстро освоился: в новом детском саду у него появились друзья, о которых он с радостью рассказывал каждый вечер.

Иногда мысли возвращались к Богдану. Представлялось: может быть он пытается что-то изменить… а может быть и нет.

Однажды мне пришло письмо от него:

«Оксанка, теперь я понимаю: потерял самое важное в своей жизни. Я расстался с Лесей. Хочу вернуть тебя обратно. Только ты мне нужна по-настоящему… Прости».

Продолжение статьи

Бонжур Гламур