— Христя, мы ведь не такие уж бессовестные. Мы понимаем, что торт — это твоя работа. Всегда рассчитывались.
Я стояла в дверях, держась за косяк.
— Сколько раз ты пекла за последние три года? — поинтересовалась Ганна.
— Не считала. Много было.
— Вот и я думаю — немало. А хоть раз ты видела за это деньги?
Я молча кивнула в ответ.
Ганна тяжело вздохнула:
— Поговори с мужем. Серьёзно поговори.
Андрей вернулся поздно вечером. Я сидела на кухне с чашкой остывшего чая.
— Привет, — бросил он, снимая куртку и проходя внутрь.
— Присядь.
Он насторожился:
— Что-то случилось?
— Андрей, Ганна сегодня рассказала мне одну любопытную вещь.
— Какую именно?
— Что вы всегда платили за торты. Деньги передавали тебе. По три-четыре тысячи гривен каждый раз.
Он остановился у порога кухни как вкопанный.
— Оля что-то путает.
— Нет. Я потом позвонила твоей маме. Она подтвердила: каждый раз давала тебе деньги за мои торты.
Он промолчал, не поднимая глаз.
— Андрей, куда делись эти деньги?
Он вошёл на кухню и сел напротив меня:
— Христя, я не хотел тебя расстраивать…
— Куда ушли деньги?
— Я… откладывал их…
— На что именно?
— На машину. Мы же хотели новую машину?
Я уставилась на него в изумлении:
— Ты копил на авто из денег за мой труд?
— Ну… если строго говорить — да…
— Строго говоря? Андрей, это были мои средства! За мою работу! Мои продукты! Моё время!
— Наши средства, Христя. Мы ведь семья…
Я резко поднялась со стула:
— Семья? Ты три года водил меня за нос! Убеждал, что родным брать деньги неприлично! А сам всё складывал себе!
— Я не себе брал! Я копил для нас обоих!
— Без моего ведома?! Ты просто присвоил мои заработанные деньги!
Он тоже поднялся:
— Не кричи так…
— А я буду кричать! Сколько ты накопил?!
Он замялся:
— Где-то сто восемьдесят тысяч гривен…
У меня подкосились ноги — я снова села на стул.
Сто восемьдесят тысяч гривен… За три года… За мою работу… И ты ни слова не сказал мне об этом…
Он опустил взгляд:
– Хотел сделать сюрприз… Купить машину и подарить тебе…
– Подарить? Из того, что я сама заработала?!
Два дня мы почти не разговаривали. Он спал на диване в гостиной, я оставалась одна в спальне. Утром уходили по делам молча – даже без обычного «пока».
На третий вечер он постучал в дверь спальни:
– Можно войти?
– Заходи…
Он присел на край кровати:
– Христя… прости меня… Я был дураком…
Я смотрела вверх в потолок:
– Да…
– Не хотел тебя обманывать… Просто думал сделать приятное… Копил на машину… Надеялся – ты обрадуешься…
– На мои же деньги…
– На наши…
– Нет, Андрей. Только мои. Это я пекла ночами напролёт. Это мои продукты уходили пачками из холодильника и шкафов… Это мой труд… И значит – мои средства…
Он кивнул медленно:
– Ты права… Всё верно говоришь…
Я приподнялась и посмотрела ему прямо в глаза:
– Что будем делать дальше?
– Переведу тебе всё до копейки на карту…
– И?..