Людмила не шутила. Она стояла в дверях нашей прихожей, аккуратно поправляя идеальную укладку, и держала в руках небольшой кожаный блокнот. Только что, прямо у меня на глазах, она сделала в нём запись тонкой позолоченной ручкой.
Я застыла на полпути — один сапог уже был надет. Прохладный воздух с улицы казался теплее, чем её взгляд.
— С вас тысяча двести. По рыночной ставке.
— Мам, вы серьёзно? — голос Павла донёсся из кухни приглушённо. Он всё слышал, но, как обычно, надеялся, что буря обойдёт нас стороной.
— Абсолютно, Павел. — Людмила захлопнула блокнот с чётким щелчком. — Мне шестьдесят лет, а не сто. Я современная женщина и ценю своё время. А время — это деньги. Вы просили посидеть с Назаром два часа? Я посидела. Услуга оказана — оплатите.
В коридоре повисла напряжённая тишина; только морозильник гудел своим ровным звуком. Я смотрела на женщину, которая уже год жила у нас «временно», пока в её квартире шёл бесконечный ремонт.
Мы с Павлом потеснились: отдали ей комнату, терпели постоянные замечания о «грязных полах» и «вредной еде».
А теперь вот — расценки за услуги.
— Хорошо, Людмила, — я распрямилась и застегнула молнию на сапоге. Пальцы двигались чётко и уверенно. Внутри стало холодно и спокойно одновременно. — Вы правы: любой труд должен оплачиваться.
Я достала телефон, открыла приложение банка и перевела ей нужную сумму.
— Вот это по-взрослому! — кивнула она одобрительно; почти сразу из её кармана раздался звук уведомления о поступлении денег.
— Чистота отношений — основа крепкой семьи. Никто никому ничего не должен просто так.
Она удалилась к себе в комнату под тихое напевание какой-то мелодии из восьмидесятых эстрадных хитов. А я осталась стоять в коридоре одна. Павел вышел следом за ней и виновато отвёл глаза.
— Оксан… ну ты не злись… У неё возраст такой… эти онлайн-курсы саморазвития… Она же мама…
— Конечно мама, — согласилась я спокойно, снимая пальто с плеча. — И она абсолютно права: мы просто не успеваем за временем.
Тогда я ещё не понимала: этот вечер станет переломным моментом для нас обоих. Ведь вы наверняка замечали: самое болезненное в семейных конфликтах вовсе не громкие слова или споры… Самое тяжёлое начинается тогда, когда один вдруг перестаёт спорить и начинает соглашаться со всем подряд.
Новая реальность
Весь следующий месяц мы существовали по законам «рыночной экономики».
Людмила словно расцвела на глазах: больше она не была просто бабушкой при ребёнке — теперь она ощущала себя настоящей бизнес-леди. Каждое утро начиналось одинаково: демонстративно заваривая себе кофе (тот самый дорогой зерновой сорт из интернет-магазина), она усаживалась за стол с блокнотом и изучала свой расписанный график дел на день…