— Кто это? — спросил Игорь, опуская топор.
— Не знаю, — голос Ольги дрожал. — Незнакомец… Просто отдал и уехал.
Они внесли малыша в дом. Печь тихо гудела, наполняя комнату теплом.
Ребёнок перестал плакать и с любопытством осматривал всё вокруг. Никаких документов, записок или даже имени — ничего.
Участковый появился спустя час, выслушал показания и пообещал распространить ориентировку на машину.
— Сейчас его нужно отвезти в райцентр, в детский дом на время, — сообщил он, закрывая блокнот.
Ольга, не отрывая взгляда от малыша, прижала его ещё крепче.
— А если мы… — начала она, глядя на мужа.
Игорь долго молчал, его лицо оставалось холодным. Потом он посмотрел на ребёнка, который улыбался беззубой улыбкой, и что-то смягчилось в его глазах.
— Это знак, — тихо сказал он. — Он наш.
Участковый почесал затылок.
— Эх, люди… Знаешь, какая процедура? Месяцами могут бумаги проверять.
— Сергей, — Игорь положил руку на плечо полицейского, — ты же знаешь, я работал с твоим отцом. А Николай из сельсовета — он поможет?
Через неделю оформление опеки пошло по ускоренной процедуре. Ни машину, ни таинственного мужчину так и не обнаружили.
Когда вечером Ольга купала малыша, она заметила родинку на его плече — такую же, как у неё.
Она восприняла это как знак судьбы. Вселенная лишила её возможности стать матерью, но взамен подарила этого ребёнка.
— Данила, — прошептала она, впервые произнося имя, которое возникло само собой. — Ты будешь Данилой.
Двенадцать лет пролетели незаметно. Данила вырос крепким и сообразительным мальчиком с непослушной тёмной челкой и привычкой вставать до рассвета.
В свои тринадцать он ощущал себя хозяином мира, особенно леса за домом, где проводил всё свободное время.
— Опять пишешь? — Игорь стоял в дверях, наблюдая, как сын быстро что-то записывает в блокноте. — На улице солнце, а ты заперся в комнате.
Данила не отрывал взгляда от записей: — Пап, я заканчиваю главу. Ещё десять минут.
Ольга, проходя мимо с корзиной белья, остановилась рядом с мужем: — Дай ему закончить. У него это хорошо получается.
Игорь нахмурился: — Мечтатель растёт. А жизнь требует другого.
— Перестань давить на него, — Ольга отвела мужа в сторону. — Посмотри его сочинения — учительница говорит, у него настоящий талант.
— Талант… — Игорь скрестил руки на груди. — Шахтёры нужны, строители нужны, а писатели… Что он этими рассказами заработает?
Этот спор был вечным. Игорь видел в сыне «настоящего мужчину», готовил к суровой жизни. Брал с собой на охоту, учил мастерить, чинить, строить. Ольга же бережно хранила каждый исписанный листок, складывала их в папку и перечитывала.
Данила создавал удивительные истории о других мирах — с летающими городами, говорящими животными и людьми, способными превращаться в свет. Откуда в деревенском мальчишке столько фантазии, никто не понимал.