Дарина распахнула дверь спальни и на мгновение застыла, не в силах осознать увиденное. Сознание отказывалось воспринимать происходящее. Простыня валялась на полу, а на кровати — её кровати, где она провела восемь лет с Данилом — двое. И рыжие волосы Ганны, которые она бы узнала среди тысячи.
— Что... — только и смогла выдохнуть Дарина.
Данило вскочил так резко, словно его ударило током. Ганна судорожно схватила подушку и прижала к груди. Щёки пылали, губы были припухшими.
— Дарин, я всё объясню… — Данило протянул руку к ней, но Дарина отпрянула.
— Не смей. Даже не думай прикасаться ко мне.
Она резко развернулась и пошла на кухню. Шаги были механическими, будто тело двигалось само по себе. В висках гудело, перед глазами всё плыло. Руки дрожали так сильно, что она едва удержалась за край столешницы.
Данило бросился следом, торопливо натягивая джинсы.
— Дарин, послушай… это совсем не то…
— Не то? — голос сорвался на крик. — Я своими глазами всё видела! Вы были в моей постели!
В дверях появилась Ганна в её любимом халате с мелким цветочным узором — том самом халате, который она берегла годами. И почему-то именно это стало последней каплей.
— Сними его немедленно! — прошипела Дарина сквозь зубы.
— Дарин… прости меня…
— Прости?! Ты серьёзно?! — Дарина схватила чашку со стола и со всей силы метнула в стену. Посуда разлетелась вдребезги. — Ты переспала с моим мужем! Ты! Лучшая подруга! Тринадцать лет дружбы!
Ганна съёжилась под её взглядом.
— Это… как-то само получилось…
— Само? — истерический смех вырвался у Дарины. — Вы что там сделали? Споткнулись друг о друга и случайно оказались в постели?
Данило сделал шаг вперёд с попыткой успокоить жестом.
— Прошу тебя… давай поговорим спокойно…
— Спокойно?! — глаза Дарины метали молнии. Он невольно отступил назад. — Взрослые люди не спят с женой друга за его спиной!
Ганна пробормотала:
— Мы не хотели… чтобы ты узнала вот так…
— А как вы собирались? Написать открытку? Или торт испечь: «Поздравляем с предательством»?
Дарина сорвала куртку с крючка у двери и сунула ноги в первые попавшиеся ботинки.
— Куда ты? — Данило попытался преградить путь.
— Отойди!
— Не уходи… нам нужно поговорить…
Она толкнула его в грудь:
— Мне больше нечего обсуждать ни с тобой, ни с ней!
С этими словами она вылетела из квартиры и захлопнула дверь так громко, что стены задрожали от удара. Пронеслась по лестнице вниз бегом, даже не думая ждать лифт. На улице её встретил пронизывающий ноябрьский ветер, но холода она почти не чувствовала.
Ноги сами понесли её вперёд по Полтаве: мимо булочной, где они каждую субботу покупали круассаны вместе с Ганной; мимо кафе за углом, где месяц назад отмечали день рождения Данила… Каждый угол этого города хранил воспоминания о них троих – теперь они ранили сильнее ножа.
Дарина дошла до набережной и остановилась у парапета. Река текла чёрной лентой под тяжёлым небом; над ней нависли свинцовые тучи без просвета.
Телефон вибрировал без остановки: Данило… Ганна… снова Данило… снова Ганна… Она выключила звук и убрала мобильный в карман пальто.
Когда всё началось? Неделя назад? Месяц? Или уже год?
В памяти всплывали обрывки последних месяцев: Ганна зачастила приходить без предупреждения; Данило стал чаще задерживаться «по работе». Хотя он всегда задерживался – ничего необычного… А вот Ганна была рядом всегда – тринадцать лет плечо к плечу: студенческие годы вместе прожиты; делили секреты и слёзы; мечты строили сообща…
Когда Дарина выходила замуж за Данила – именно Ганна была свидетельницей на свадьбе: застегнула все пуговицы на платье до последней; поправила фату; обняла крепко-крепко и прошептала: «Ты будешь счастлива – я уверена».
Дарина достала телефон из кармана – семнадцать пропущенных вызовов. Открыла сообщения:
«Дарин, умоляю тебя – позвони мне… Я должен объяснить» – от Данила;
«Я не хотела этого… Я люблю тебя… Ты моя лучшая подруга» – от Ганны;
«Не делай глупостей! Где ты?» – снова он;
«Прости меня… Прости-прости-прости…» – снова она…
Дарина выключила телефон окончательно.
Сколько времени прошло у реки – она не знала точно. Уже стемнело полностью; фонари вспыхнули один за другим вдоль берега; прохожие спешили мимо неё закутанные в шарфы до глаз… У каждого была своя жизнь со своими заботами – никому нет дела до женщины посреди города без мужа и без подруги одновременно…
Наконец холод пробрался сквозь ткань куртки до костей – Дарину передёрнуло от озноба. Надо было куда-то идти…
К маме? Нет уж: та начнёт охать-ахать да звонить ему сразу же… К сестре? Тоже плохая идея: Полина завалит вопросами без конца…
Она подняла руку и поймала такси первым попавшимся жестом руки у дороги. Водитель что-то спросил через плечо – но слова проходили мимо сознания Дарины насквозь… Она просто назвала адрес ближайшей гостиницы в центре города – тот самый первый пришедший ей на ум адрес…