– Что ты сказала? – Зоряна медленно опустила чашку на блюдце. В комнате воцарилась тишина, такая плотная, что даже тиканье часов в прихожей казалось оглушающим.
Вера улыбнулась – той самой натянутой улыбкой, от которой у Зоряны всегда начинало сводить челюсти. Внешне она выглядела доброжелательной, но за этой маской скрывалась твёрдая решимость: её мнение уже не изменить.
– Ну как же, Зоряна. Ты ведь теперь свободна от выплат. Квартира просторная, четыре комнаты, свежий ремонт. А Надя с детьми вынуждена снимать однокомнатную. Разве это по-семейному – одной жить в достатке, пока другие ютятся?
Зоряна перевела взгляд на Максима. Он сидел в кресле и смотрел в экран телефона. Пальцы замерли – он не печатал и не листал ленту. Просто держал гаджет перед собой, словно прикрываясь им.
– Максим… – тихо позвала она.
Он поднял глаза – быстро и с какой-то неловкостью.
– Мам, мы ведь обсуждали это… – начал он неуверенно.
– Обсуждали-обсуждали, – перебила Вера, и голос её стал чуть звонче. – А потом ты сам мне сказал неделю назад: «Мам, как Зоряна выплатит ипотеку – начнём жить по-человечески». Я всё помню, сынок.
Зоряна почувствовала жар на щеках. Но это был не стыд. Это было что-то другое — внезапное осознание того факта, что невинное чаепитие оказалось тщательно спланированной ловушкой.
– Вера… – стараясь говорить спокойно и без дрожи в голосе, произнесла она. – Квартира куплена на мои средства. На мою зарплату. Ипотека оформлялась только на меня. Максим сам настоял не брать кредит на себя из-за других финансовых обязательств.
– Ну да-ну да… – свекровь слегка покачала головой так, будто услышала детскую сказку вместо аргументации взрослого человека. – Только ведь семья — это общее дело. Или ты считаешь брак просто совместным проживанием двух чужих кошельков?
Максим наконец убрал телефон в сторону.
– Мам… хватит уже… Зоряна восемь лет работала без отдыха ради этой квартиры. Она имеет полное право распоряжаться ею так, как считает нужным.
– А ты кто тогда? – тут же повернулась к нему Вера с вызовом в голосе. – Просто посторонний? Или всё-таки муж? Мужчина должен думать о благополучии всей семьи, а не только о том, чтобы жене было удобно!
Зоряна поднялась с дивана; ноги подкашивались от напряжения, но она заставила себя подойти к окну. За стеклом был обычный вечер: дети играли во дворе под мерцанием фонарей; напротив светились окна чужих квартир — всё привычно и спокойно снаружи… но внутри всё будто сместилось с оси.
– То есть вы предлагаете нам взять Надю с детьми к себе? Чтобы они жили здесь постоянно?
– Почему сразу навсегда? – Вера развела руками в притворном недоумении. – Пока Надечка найдёт работу получше… Пока бывший муж перестанет задерживать алименты… Ну поживут годик-другой — а дальше видно будет…
Год или два…
Зоряна вновь посмотрела на Максима — он молчал и упрямо смотрел вниз; его молчание говорило больше любых слов.
– А если я скажу «нет»? – спросила она негромко.
Вера прищурилась:
– Тогда стоит задуматься: действительно ли ты воспринимаешь нас как семью? Или для тебя важнее собственный комфорт и закрытая дверь?
Максим резко поднялся со своего места:
– Мам! Довольно! Это наш дом! И решение мы примем вместе!
– Ваш дом?.. – переспросила свекровь с лёгким презрением в голосе. – А Надечка вам больше никто? Дети ейные — тоже чужие теперь? Потому что у Зоряны ипотека выплачена?
Что-то внутри Зоряны окончательно изменилось — не сломалось даже… просто словно пазл вдруг сложился совсем иначе: картина оказалась другой.
– Хорошо… Давайте завтра обсудим это снова — все вместе: Надя придёт с детьми… Я хочу услышать их точку зрения лично.
Вера расплылась в довольной улыбке — почти нежной:
– Вот теперь разговор пошёл по делу! Я знала: ты разумная женщина!
Зоряна кивнула ей — вовсе не потому что согласилась или поняла… Просто потому что внутри уже начал выстраиваться совершенно иной план действий — тот самый вариант развития событий, которого свекровь точно не ожидала.
Когда Вера наконец ушла из квартиры — прихватив почти нетронутый кусочек яблочного пирога и уверенность в своей победе завтрашним днём — Зоряна долго стояла у двери и смотрела на неё неподвижно закрытую…
Максим подошёл со спины и осторожно обнял за плечи — будто опасался быть оттолкнутым:
– Прости… Я правда не думал… что она так сразу…
– Ты знал… – ответила Зоряна тихо и даже не обернулась к нему лицом…
Он ничего не сказал взамен…