Доставая из кармана помятую тысячную купюру, он небрежно положил её на стойку. — Этого достаточно? — спросил он.
Администратор взглянула сначала на деньги, затем на него: — На что именно хватит?
— На мороженое? — удивился парень. — Как на мороженое? — он растерялся. — Ведь это тысяча! — Молодой человек, — спокойно объяснила девушка, — самый недорогой номер у нас стоит пять тысяч рублей за сутки.
При этом на одного человека.
Лицо внука вытянулось от неожиданности.
Тётя Оля побледнела.
Тамара Ивановна стала быстро пересчитывать в уме. — Пять тысяч на каждого? — спросила она тихо. — Значит, на всех нас… девять человек… в день… — Сорок пять тысяч в сутки, — подтвердила администратор. — И ещё завтрак — тысяча на человека.
В итоге выходит пятьдесят четыре тысячи в день.
Вокруг воцарилась такая тишина, что было слышно, как в соседнем номере кто-то включил телевизор. — А на неделю… — прошептала дочь тёти Оли, судорожно доставая калькулятор. — Триста семьдесят восемь тысяч, — быстро посчитала администратор. — Плюс налоги… Тётя Оля покачнулась и ухватилась за кресло.
Тамара Ивановна опустилась прямо на чемодан. — Может, есть варианты попроще? — жалобно спросила дочь тёти Оли. — Хостел, например? — Ближайший хостел находится в двухстах километрах отсюда, — ответила администратор. — Но там тоже всё занято.
Сезон ведь.
Младший внук начал всхлипывать: — Бабушка, почему мы не можем остановиться у дяди Саши? — Потому что у дяди Саши сейчас медовый месяц! — строго ответила Тамара Ивановна. — А что такое медовый месяц? — спросил средний внук. — Это когда взрослые хотят побыть без детей! — пояснил старший, всё ещё пытаясь прийти в себя после финансового шока.
Дети переглянулись и дружно расплакались.
В холле началась паника.
Тётя Оля металась между чемоданами, причитая о том, какие деньги ушли на дорогу.
Её дочь звонила по телефону, пытаясь отыскать хоть какое-то жильё.
Дети требовали мороженого и прогулок у моря.
Тем временем Тамара Ивановна сидела на чемодане и тяжело дышала. — Мам, может, воды? — обеспокоенно спросил Андрей. — Я тебе не мама! — грозно ответила она ему взглядом. — Ты довёл меня до инфаркта! — Тамара Ивановна, — присевшая рядом Ирина сказала, — может, всё-таки лучше вернуться домой?
Отдохнете на даче, в тишине… — Какая дача? — всхлипнула тётя Оля. — Мы же продали дачу, чтобы сюда приехать! — Как продали? — удивился Андрей. — А как ты думаешь! — взвилась Тамара Ивановна. — На что нам тогда было ехать?
Мы же рассчитывали, что ты нас будешь содержать!
Ирина с Андреем переглянулись.
Ситуация становилась всё более абсурдной.
В этот момент к стойке подошёл мужчина в дорогом костюме: — Извините, что здесь происходит?
Мой номер прямо над вашим холлом, а там такой шум… — Извините, пожалуйста, — засуетилась администратор. — Сейчас всё уладим… — А вы не хотите снять что-нибудь подешевле? — вдруг вмешалась дочь тёти Оли. — У нас такая ситуация… Мужчина осмотрел их компанию — расстроенную Тамару Ивановну на чемодане, плачущую тётю Олю, кричащих детей — и поспешно отступил: — Нет-нет, спасибо, меня всё устраивает… — Может, вы нас приютите? — не успокаивалась она. — Мы тихие, только переночевать… — Дочка! — одёрнула её тётя Оля. — Что ты говоришь!
Но было уже поздно.
Охранник уже направлялся к ним с серьёзным видом. — Всё, — сказал Андрей. — Хватит этого балагана.
Мама, берите такси и поезжайте на вокзал.
Тётя Оля, вы тоже. — А деньги на билеты? — жалобно поинтересовалась тётя Оля.
Андрей достал кошелёк и пересчитал несколько купюр: — На билеты хватит.
До свидания. — Андрюша, — встала с чемодана Тамара Ивановна, — ты же не выгонишь собственную мать? — Не выгоняю.
Провожаю, — твёрдо ответил он. — С любовью, но провожаю.
Через полчаса в холле гостиницы никого не осталось.
Родственники отправились на вокзал — недовольные, но побеждённые суровой реальностью.
А Андрей с Ириной вернулись на пляж. — Знаешь, — сказала Ирина, устраиваясь на лежак, — теперь я понимаю, зачем придумали платный отдых. — Как это? — Андрей мажет кремом от загара. — Это природный барьер от родни.
Лучше любого забора.
Они рассмеялись, и их смех разлетелся над морем лёгким и свободным.
Тем временем в поезде, который через три часа увозил нежданных гостей домой, тётя Оля жаловалась попутчикам: — Представляете, какие люди стали!
Родственников не пускают!
А мы к ним с такой любовью… Попутчики сочувственно кивали, не ведая, что накануне та самая «любящая» родственница требовала с племянника оплатить ей отпуск на полмиллиона гривен.
А Андрей с Ириной провели остаток отпуска именно так, как мечтали — вдвоём, в тишине и покое.
И вернувшись домой, первым делом поменяли замки на двери.
На всякий случай.