— Да у тебя, Юлия, с рассудком совсем беда, раз на такое решилась! — бушевал Богдан. — Как была в молодости без царя в голове, так и теперь ничуть не изменилась!
— Ты вообще понимаешь, как разговариваешь? Я не собираюсь выслушивать твои оскорбления в доме моего сына! — парировала Юлия, хотя внутри ощущала неловкость за произошедшее.
Несколько дней до этого…
— Люба, пожалуйста, на выходные ничего не планируй, — с самого утра обратилась к ней свекровь Юлия. — И в ту комнату, что сейчас свободна, никого не заселяй.
В это время Люба неспешно завтракала. Она особенно ценила эти утренние часы: пока постояльцы их мини-гостиницы ещё отдыхали, она и муж могли немного побыть вдвоём.
Позже начнётся привычная круговерть: уборка дома и двора, стирка белья, закупка продуктов и приготовление еды для тех гостей, кто предпочитал питаться прямо здесь.
Люба по обыкновению сварила крепкий кофе в турке с насыщенным ароматом. Для мужа поджарила яичницу с беконом и подала хрустящие тосты. Себе же заварила мюсли. Нарезала сыр и ветчину, поставила на стол масло. Рядом уже лежали только что собранные во дворе персики с бархатной кожицей тёмно-вишнёвого оттенка и крупная сочная черешня.
Появление свекрови на кухне в столь ранний час слегка выбило Любу из колеи. Обычно Юлия приходила позавтракать позже всех — тогда супруги уже заканчивали трапезу и расходились по делам.
Свекровь ела неторопливо и с удовольствием. После завтрака она отправлялась к морю: позагорать или немного поплавать. До пляжа от дома сына было рукой подать — всего десять минут ходьбы.
Юлия наслаждалась южным солнцем всем телом и душой: старалась вобрать каждый лучик тепла про запас для холодной осени в Харькове. Иногда она заплывала чуть дальше берега — ради ощущения свободы и единения с бескрайней стихией моря.
На пляже у неё всегда был лёгкий перекус: сыр да фрукты из дома. Как же хорошо быть на пенсии! С каждым днём она всё больше убеждалась: даже зрелый возраст может приносить радость и новые впечатления.
Но сегодня всё пошло иначе: свекровь появилась на кухне раньше обычного и сразу выдала странную фразу, смысл которой до Любы дошёл не сразу.
— Простите… Что вы сказали? — переспросила она растерянно; аппетит моментально пропал.
— А что тут непонятного? Я сообщаю тебе: в следующие выходные ко мне приедет моя двоюродная сестра Мария из Кропивницкого со своей семьёй. Я просто прошу тебя вместе с Юрием быть дома и подготовить для них ту комнату, что пока пустует.
— Вы пригласили своих родственников сюда? В наш гостевой дом? Да ещё посреди сезона?! Юлия… ну вы же разумный человек… как вам вообще пришло это в голову?
— А чего ты так удивляешься? Куда мне было их звать? В Харьков? Меня там сейчас нет — ты ведь знаешь — да ещё месяц точно не будет! Ох уж ты мне смешная такая, Люба! Честное слово! — усмехнулась Юлия едва заметно; подобное выражение лица у неё бывало крайне редко.