— Макар, очнись!
За пару дней на работе я заработаю больше, чем стоит весь этот урожай!
Марта осеклась, заметив, как муж отвел взгляд в сторону.
Она хорошо знала этот его жест — спорить он не хочет, но и уступать не собирается.
Всегда одно и то же: стоит разговору коснуться матери — он тут же становится мягким, словно тесто.
— Ну хорошо, — произнесла она с усталой интонацией. — Собирайся. Поедем.
Макар просиял:
— Серьёзно? Вот это да! Мама будет счастлива.
Три часа в душной электричке окончательно выбили из сил.
Маричка смотрела в окно на мелькающие деревушки и размышляла о том, что их ждёт по прибытии.
Свекровь наверняка уже расписала все дела на выходные по минутам и точно не оставила места отдыху.
И попробуй только намекни об этом!
Ганна встретила их у крыльца — невысокая, сухонькая женщина с прямой осанкой, будто линейку проглотила.
— Приехали, мои хорошие! — всплеснула она руками. — А я уж вся извелась в ожидании!
Проходите скорее, я тут борщ сварила да пирожков напекла.
Во время ужина свекровь щебетала без умолку: рассказывала о соседском урожае, новых сортах помидоров и ценах в магазинах.
Маричка изо всех сил старалась улыбаться и лениво ковыряла еду вилкой.
— Что-то ты совсем ничего не ешь, Маричка, — заметила Ганна. — Или невкусно?
— Просто устала сильно, — буркнула та. — На работе завал полный.
— Ох уж эта ваша работа! — покачала головой свекровь. — Только и слышу: работа да работа…
А душа? А родная земля?
Вот раньше…
— Мама… — предостерегающе вмешался Макар, уловив напряжение жены.
Но Ганну уже было не остановить:
— Что «мама»? Я ведь правду говорю!
Совсем оторвались от земли! Всё только деньги да карьера в голове!
А вы подумайте: без своего хозяйства какая жизнь?
Вот моя соседка…
— Да знаете что! — Маричка резко отодвинула тарелку с громким звоном. — Хватит уже! Сколько можно?!
Мы вам не крепостные крестьяне, чтобы по первому зову сюда нестись!
У меня важный проект сейчас идёт! От него зависит моя профессия!
А вы всё про свой огород толдычите!
— Маричка! — ахнул Макар.
— Что «Маричка»?! Разве я не права?!
Каждый год одно и то же повторяется:
«Приезжайте сажать картошку», «Приезжайте полоть», «Приезжайте копать»!
А то что мы оба валимся с ног от усталости после работы вас не волнует?!
Ганна побледнела до белизны мела.
— Вот как значит… — процедила она сквозь зубы. — Обуза я вам? Обременение?
А кто тебе всю зиму банки с соленьями-вареньями присылает?
Кто о вашем здоровье заботится?
— Мама… мы ведь совсем не это имели в виду… — начал было Макар.
— Нет уж! Дай мне договорить! — решительно перебила его Ганна и поднялась из-за стола. — Я тут надрываюсь каждый день ради вас: хозяйство веду, чтобы мои дети круглый год витаминами питались…
А они нос воротят!
Ну что ж… живите как хотите!
Она стремительно вышла из комнаты и скрылась за дверью своей спальни прежде чем кто-либо успел её остановить.
Щёлкнул замок двери.
— Боже мой… что же я натворила… – прошептала Маричка и бессильно опустилась обратно на стул.
Утро выдалось серым и глухим от туч на горизонте.
Маричка лежала без сна уже давно и прислушивалась к непривычной тишине дома.
Обычно к этому часу на кухне уже гремели кастрюли или журчала вода из-под крана – Ганна всегда вставала затемно…
Но сегодня всё вокруг казалось вымершим.