«Дмитрий, а где мои специи?» — медленно повернулась я к мужу, осознавая, что в своем доме я уже не контролирую ничего

Собственный дом стал ареной настоящей войны.

Рекламу можно отключить

С подпиской Дзен Про она исчезнет из статей, видео и новостей

В воскресенье вечером я возвращалась с дачи. Усталость навалилась такая, что мысли всю дорогу крутились вокруг одного: вот зайду домой, встану под горячий душ, заварю зелёный чай с жасмином и устроюсь на диване с книгой…

Проще говоря, в воображении меня ждало самое обычное, но такое желанное человеческое счастье — то самое, которое особенно ценишь после августа на шести сотках с комарами, соседским петухом и свёкром, включающим радио на полную громкость в пять утра.

Ключ в замке провернулся с усилием, и я мельком подумала, что неплохо бы его смазать… Дверь распахнулась — и меня буквально накрыло запахом.

Это был даже не запах, а настоящий селёдочно-масляный удар под дых.

— Это ещё что такое?.. — пробормотала я.

Прямо в коридоре, на моём любимом коврике с маками, красовался белый мешок. Огромный, явно не на один килограмм. Синими буквами на нём было выведено: «Мука пшеничная высший сорт».

— Оксана заходила, — произнёс Дмитрий таким тоном, словно этим всё объяснялось.

Я ничего не ответила и направилась на кухню. Ноги будто шли сами, а сознание отказывалось верить в увиденное. Там стоял мешок сахара. Рядом — ещё один, с макаронами сероватого цвета, будто их слепили из картона. На столе возвышалась аккуратно выстроенная пирамида консервных банок — с какой-то почти военной точностью.

Скумбрия в масле, килька в томате, сельдь в собственном соку, горошек, кукуруза, фасоль. Целая батарея тушёнки… И строй сгущёнки…

Я открыла верхний шкафчик, где обычно жили мои специи — розмарин, шафран, копчёная паприка, — и застыла. Вместо них там плотными рядами выстроились «Бычки в томате».

— Дмитрий, — медленно повернулась я к мужу, — а где мои специи?

Дмитрий опустил взгляд.

— Специи? Ну… — он замялся. — Даже не знаю…

— Дмитрий…

Он на секунду поднял глаза и снова уставился в пол, явно собираясь с духом, чтобы объяснить, почему их больше нет.

Продолжение статьи

Бонжур Гламур