— Только без сцен, Наталья, прошу тебя. Мы оба взрослые, так что давай разойдемся спокойно, без лишнего шума. Просто я вырос из этого брака. Мне стало тесно, понимаешь? Нужен воздух. Нужен новый импульс.
Сергей складывал свои рубашки в дорогой кожаный чемодан с такой аккуратной расслабленностью, будто собирался не покинуть жену после девятнадцати лет семейной жизни, а всего лишь уехать на пару дней по делам. Наталья стояла у входа в спальню, плечом касаясь дверного косяка, и молча смотрела, как он суетится. В пальцах у нее остывала чашка зеленого чая. Ни рыданий, ни крика, ни той бурной сцены, которую Сергей, кажется, заранее ждал и даже где-то в глубине души хотел увидеть, не случилось. Внутри у Натальи было пусто — гулко, холодно, почти беззвучно.
— Новый импульс, значит, — спокойно уточнила она. — И как зовут этот твой источник вдохновения?
Сергей на секунду застыл над открытым чемоданом, недовольно дернул щекой и поправил ворот идеально выглаженной футболки-поло. Было видно: речь он продумал заранее, а прямой вопрос жены нарушил выстроенный им порядок разговора.
— Ее зовут Кристина. И не надо сразу цепляться к возрасту, хотя да, она моложе. Тут дело не в этом. Рядом с ней есть движение, энергия. Я снова чувствую, что живу. А здесь… — он обвел рукой комнату, — все давно превратилось в вязкое болото. Ты вечно в таблицах, отчетах, накладных, счетах. С тобой уже невозможно говорить ни о чем, кроме налогов, поставок и керамогранита. Я устал, Наталья. Я владелец серьезного бизнеса, руководитель большой компании. Мне нужен другой уровень, другой образ. Женщина, которая будет достойно смотреться рядом со мной на мероприятиях, а не сидеть вечерами в халате перед ноутбуком.
Наталья сделала маленький глоток. Чай уже остыл и оставил на языке неприятную горечь. Она опустила взгляд на свои руки — короткие ногти, никакого яркого лака, никаких украшений напоказ. Да, блистать она действительно не умела. Зато умела сводить цифры так, чтобы предприятие не тонуло в долгах. Умела выбивать скидки у упрямых поставщиков стройматериалов. Умела разбираться с подрядчиками, которые пытались сорвать сроки или подсунуть брак.
В самом начале Сергей был всего лишь менеджером по продажам — с огромными мечтами, громкими планами и почти пустым кошельком. Тогда Наталья продала однокомнатную квартиру на окраине города, доставшуюся ей от бабушки. Все деньги до последней копейки ушли в стартовый капитал, аренду первого склада и закупку строительных смесей. Именно она занялась оформлением фирмы, потому что у Сергея на тот момент тянулись просроченные долги по кредитным картам, и связываться с официальными документами он опасался. В загс они пошли только через год, когда дело уже начало приносить первую устойчивую прибыль.
Постепенно их маленькая фирма выросла в сеть из четырех крупных магазинов строительных и отделочных материалов. Сергею нравилось быть генеральным директором. Он с удовольствием раздавал визитки с золотым тиснением, вел совещания, громко распекал продавцов прямо в торговом зале и ездил на профильные выставки. Со временем он по-настоящему поверил, что вся эта система держится исключительно на его таланте. Наталья же тихо отошла в сторону и взяла на себя финансы, документы, отчеты и бесконечную рутину, без которой бизнес рассыпался бы за несколько месяцев. Ей не требовались аплодисменты. Ей было достаточно, чтобы семья жила спокойно и надежно.
— Квартиру трогать не будем, — почти великодушно сообщил Сергей, закрывая чемодан на молнию. — Оставайся здесь. Мы с Кристиной снимем просторные апартаменты в центре. А насчет твоего места в компании я еще решу. Скорее всего, тебе лучше уйти. Нам ни к чему пересекаться в офисе, это будет неловко для всех. Я распоряжусь, чтобы бухгалтерия начислила тебе нормальное выходное пособие. Без средств не останешься, не волнуйся.
— Какая забота, — Наталья аккуратно поставила чашку на тумбочку возле кровати. — То есть ты намерен выгнать меня из компании?
— А как ты себе это представляла? — Сергей снисходительно развел руками и накинул легкое кашемировое пальто, явно собираясь продолжить объяснение.