Богдан внимательно смотрел на неё. Лицо светилось, глаза блестели — казалась счастливой.
— Оксана, я не собираюсь на тебе жениться.
— Что? Но ведь я беременна!
— Я буду помогать. Финансово поддержу. Но жениться — нет.
— Ты бросаешь женщину в положении?
— Я никого не бросаю. С самого начала говорил — между нами ничего серьёзного быть не может.
Она снова разрыдалась. Но теперь Богдан заметил — это было наигранно. Слёзы текли, а в глазах читалась злость.
Вернувшись домой, он снова позвонил Лесе.
— Говорит, что ждет ребёнка.
— Уже прошло две недели?
— Да.
— Богдан, тесты так рано ещё ничего не покажут. Нужно подождать.
— Ты уверена?
— Абсолютно. Предложи ей сходить вместе к врачу. Сделать УЗИ — всё станет ясно.
На следующий день они встретились вновь. Богдан сразу предложил:
— Давай поедем к врачу вместе. Я всё оплачу.
Оксана напряглась:
— А зачем? Я уже ходила!
— Хочу сам услышать от врача. Поехали вместе.
— Нет! Ты мне не доверяешь?
— Оксана, если ты действительно беременна — я должен знать наверняка. Это и моя ответственность тоже.
Она замолчала, а потом вдруг расплакалась по-настоящему — без притворства и театра.
— Нет никакой беременности! Ничего нет! Я всё придумала!
— Зачем ты это сделала?
— Хотела удержать тебя! Думала, может дашь нам шанс… Я ведь люблю тебя!
Богдан поднялся с места:
— Всё ясно. Больше не звони мне и не пиши. Не приходи ко мне больше никогда. Если ещё раз появишься — обращусь в полицию за преследование.
— Богдан!
— Всё, Оксана. Это конец.
Он ушёл, даже не оглянувшись назад.
Она ещё пыталась дозвониться, писала сообщения… Потом стихла совсем. Виктор так и не простил его — считал, что Богдан обошёлся жестоко с хорошей девушкой. Много кто из общих знакомых тоже отвернулись от него.
Но Богдан ни о чём не жалел. Он оставил рядом только тех людей, кто не спешил судить его вслепую. Таких оказалось немного — но они были настоящими друзьями.
С тех пор он больше даже капли алкоголя в рот не брал.
Одна ночь стоила ему слишком дорого: потерянная репутация, разрушенные дружбы и утраченный покой… Едва свободы не лишился из-за этого вечера.
Урок усвоен навсегда.