Всё стало на свои места. Его постоянная тяга к признанию, эта почти детская жажда быть оценённым и восхвалённым — даже если аплодируют «тапки» — завела его слишком далеко. Он не просто завёл роман на стороне. Он собирался привести любовницу в мой дом, на мою территорию, чтобы продемонстрировать её перед моими же соседями. Это уже не было просто изменой. Это был откровенный вызов. Пощёчина мне лично и всему, что я здесь создала.
Я перевела взгляд на фикус. Один из нижних листьев начал желтеть по краям. Я взяла ножницы и аккуратно срезала его одним движением. Лист бесшумно упал на подоконник.
— Хорошо, — произнесла я спокойно. — Приводи.
***
Собрание проходило прямо в нашем подъезде — в маленькой комнатке под лестницей, которую когда-то удалось отвоевать у ЖЭКа под нужды совета жильцов. Людей собралось много: Макар, бывший военный, вечно недовольный молодёжью; Полина с третьего этажа со своим вязанием; молодая семья с пятого; пара пожилых активистов-пенсионеров. Мирон появился последним — как будто выходил на сцену. И с ним была она.
Владислава Новак выглядела именно так, как я себе представляла: молода, ухожена, одета дорого и немного вызывающе — ярко-розовый пиджак и обтягивающие брюки подчёркивали её образ так же резко, как кольца Мирона выделялись на его пальцах. Они были из одного теста. Она осматривала нашу тесную комнатку с лёгкой снисходительной улыбкой. Мирон представил её торжественно: «Коллега, специалист по повышению инвестиционной привлекательности жилых комплексов».
Я сидела в углу на старенькой табуретке и просто наблюдала за ней: за тем, как она активно жестикулирует, бросает на Мирона взгляды с оттенком фамильярности; за тем, как её звонкий голос уверенно заполняет пространство и режет слух своей самоуверенностью. Соседи слушали её с деликатным недоумением: разговоры о «статусных решениях» и «лайфстайл-апгрейде» звучали здесь почти абсурдно — ведь главной заботой был прохудившийся стояк.
И тут Владислава Новак решила показать свою «близость к простым людям» и сказала:
— Кстати, я недавно тоже стала собственницей квартиры в новом комплексе «Золотые купола». Поэтому прекрасно понимаю важность формирования правильного сообщества жильцов ещё на старте.
«Золотые купола». Помпезный жилой комплекс где-то за рекой — дорогой и оторванный от реальности района. Брошенная между делом фраза прозвучала как демонстрация превосходства.
Дальше всё пошло по привычному сценарию собраний: Мирон старался держаться уверенно, но раздражался от бытовых тем; Владислава быстро потеряла интерес ко всему происходящему; а я продолжала наблюдать каждую мелочь: как она вертит браслет из белого золота; как едва заметно усмехается при словах Макара о покраске забора; как достаёт свой новенький смартфон в золотом корпусе снова и снова… Всё у неё было блестящим — но без души.
Когда собрание закончилось и люди разошлись по квартирам, Мирон был явно раздражён.
— Ну что скажешь? — спросил он меня по дороге наверх. — Чувствуешь разницу? Вот это уровень! А не твои разговоры про трубы да подъезды!
— Да… почувствовала, — ответила я спокойно.
Но чувствовала я совсем другое: твёрдую почву под ногами — ту самую родную землю двора со всеми его трещинами и клумбами… У меня теперь было имя. И своё место.
***
На следующий день я заглянула к Полине с третьего этажа попить чаю да поболтать ни о чём особенном. Разговор шёл о кошке да о новых тарифах на коммунальные услуги… И вдруг между делом я спросила:
— Слушай… А та девушка вчера… Она ведь говорила про «Золотые купола». Это же далеко за рекой? Интересно мне стало: без машины там ведь неудобно?
— Ой! Леся! Да у неё машина шикарная! — оживилась Полина. — Я вчера через окно видела их отъезд… Белая иномарка новенькая! Даже номер запомнила случайно: С777УС77… Красивый такой!
Номер машины оказался настоящей находкой… Привязка к человеку через авто была возможна для тех, у кого есть доступ к базам данных… Но моя сила заключалась совсем в другом.
Я направилась к Макару – он сидел возле подъезда со своим блокнотом и привычно что-то чертил карандашом.
— Добрый день вам, Василий Петрович! Подскажите мне вот что… Как у нас тут обстоят дела с кадастровыми границами двора? Хочу клумбу посадить – боюсь чужую землю задеть…
Макар оживился сразу – тема ему близкая: бывший картограф всё-таки! Через полчаса разговора я знала уже больше чем рассчитывала – не только про наш дворик… Он даже дал мне планшет посмотреть – там были сохранены публичные кадастровые карты всего города.
— А вот этот новый комплекс… «Золотые купола», видите? Интересно бы узнать – кто там собственники?
Макару стало любопытно тоже – он быстро нашёл нужный участок карты… Я заглянула через плечо – искала то самое здание… И вот оно! На одном доме значилась свежая регистрация сделки… Один щелчок мыши – открываются данные владельца: ФИО и доля собственности…
Собственником оказалась вовсе не Владислава Новак… А некая Ирина Гриценко 1938 года рождения…
Бабушка? Или тётя? Какая-то дальняя родственница…