— Мам, что происходит? Ты его знаешь?
Екатерина промолчала. Прятать правду больше не имело смысла. Образ «героя-лётчика» разбился о суровую действительность.
— Присядь, Богдан.
Она поведала ему всё.
Без прикрас и обвинений — только суть. Про двадцать три года назад. Про клинику. Про поставленный ультиматум. Про то, как он захлопнул за собой дверь, решив не жертвовать своей молодостью.
Богдан слушал молча. Его лицо становилось всё жёстче. Он не перебивал — лишь скулы ходили от напряжения.
— Значит, он не погиб, — наконец произнёс он ровным и холодным голосом. — Он просто сбежал.
— Он выбрал себя, — тихо ответила Екатерина. — Богдан, я молчала ради тебя… Я боялась, что ты начнёшь его искать… что тебе будет больно от его отказа.
— Мне не больно, мам, — Богдан поднялся и поцеловал её в макушку. — Мне просто мерзко.
— Что собираешься делать? Откажешься от контракта?
Он подошёл к окну и посмотрел вдаль.
— Нет. Я поеду на встречу. Хочу увидеть его глаза.
***
Офис компании «Авангард» в деловом центре Днепра сверкал стеклом и металлом.
Мирослав, подтянутый мужчина около пятидесяти лет в дорогом костюме, стоял у панорамного окна. У него было всё: успехи в карьере, деньги и признание коллег. Не хватало только одного — душевного тепла. Три брака закончились ничем. Детей так и не появилось: сначала было «слишком рано», потом «не до того», а потом уже «не с кем».
Секретарь сообщила:
— Мирослав, прибыл генеральный директор «Вектора». Богдан Александрович Смирнов.
— Приглашай.
В кабинет вошёл Богдан: уверенный в себе мужчина с прямой осанкой и безупречным внешним видом.
Мирослав обернулся и на мгновение застыл: перед ним словно стояло отражение самого себя тридцать лет назад — та же осанка, тот же упрямый подбородок и взгляд с внутренним стержнем.
— Добрый день, — произнёс Мирослав с протянутой рукой. — Слышал много хорошего о вашей деловой хватке, Богдан Александрович. Рад встрече лично.
Богдан пожал руку коротко и сухо:
— Взаимно, Мирослав. Перейдём к делу?
Переговоры продолжались два часа подряд. Мирослава впечатлило то хладнокровие и профессионализм, с которыми вел беседу молодой человек: умный, целеустремлённый и твёрдый в позиции — он напоминал ему самого себя в молодости той самой искрой внутри.
— Браво! — сказал Мирослав после обсуждения условий соглашения. — Знаете… вы мне симпатичны как партнёр по бизнесу. Напоминаете меня прежнего: та же энергия и решимость!
Богдан слегка усмехнулся; улыбка получилась ледяной:
— Надеюсь, это сходство касается только деловой сферы…
Мирослава насторожил тон ответа, но он ничего не показал внешне:
— Хотел бы пригласить вас на ужин… отпраздновать начало сотрудничества! Честно говоря… я давно подыскиваю преемника своему делу… Детей у меня нет… А передать компанию кому-то нужно… И вы производите впечатление человека с потенциалом…
Богдан медленно закрыл папку с бумагами перед собой и посмотрел прямо на Мирослава — на своего родного отца; того самого человека, который когда-то предпочёл карьеру вместо семьи… вместо него самого…
— Благодарю за предложение… но я вынужден отказаться, Мирослав.
— Почему? Такие встречи сближают партнёров…
Богдан поднялся из кресла:
— Понимаете… Мама всегда говорила мне одну вещь: нельзя иметь дело с теми людьми… кто однажды нарушил своё слово…
Мирослав нахмурился:
— Я всегда держу слово! Моя репутация безупречна!
Богдан посмотрел на него спокойно:
— Возможно… в бизнесе это так… А вот в жизни?
Он достал из внутреннего кармана старую фотографию: пожелтевший снимок юных Мирослава и Екатерины на лавочке; они смеялись тогда беззаботно…
Фотография легла на стол между ними блестящей стороной вверх.
Мирослав взглянул на неё… Его лицо изменилось: глаза расширились от узнавания… Он поднял взгляд на Богдана – теперь он видел перед собой не просто потенциального партнёра по бизнесу… а черты Екатерины в этом лице… И свои собственные тоже…