— Время не ждёт, гражданки, — отчеканил подполковник, бросив взгляд на часы. — Пакеты с моими вещами перенесите с балкона и аккуратно поставьте на место. И без лишней суеты.
Минут через двадцать лестничная площадка оказалась завалена тюками, клетчатыми баулами и переносками для кошек. Зоряна, не скрывая рыданий, тащила вниз по ступеням неподъёмный чемодан. Людмила вышла последней — запыхавшаяся, с перекошенным от злости лицом.
Едва ступив на улицу, свекровь резко остановилась. Она попыталась выкрикнуть что-то язвительное, но из груди вырвался лишь сиплый, сдавленный звук. Взгляд её метался, она сделала шаг в мою сторону, однако ноги внезапно подвели. Это уже не было привычной игрой на публику — страх перед участковым и перспектива ославиться на весь двор оказались сильнее. Людмила тяжело опустилась на лавку, растирая затёкшие бёдра и жадно глотая воздух. Самая настоящая паническая атака.
Зоряна бросилась перебирать пакеты с продуктами, которые мать недавно принесла из магазина, вытащила бутылку минералки и стала поить Людмилу, громко причитая о бессердечной невестке. Участковый лишь покачал головой и направился к служебной машине.
Борис сразу же набрал знакомого мастера и попросил срочно заменить сердцевину замка на новую и надёжную — с ключами только для него и для меня. Людмила с дочерью оставались у подъезда до тех пор, пока за ними не приехал фургон, вызванный кем‑то из знакомых.
К вечеру супруг ворвался домой с вытаращенными глазами. Едва переступив порог, он заговорил на повышенных тонах, размахивая руками.
— Екатерина, ты вообще понимаешь, что творишь?! Это же просто бетон! Ради этих метров ты готова довести мать до инфаркта и развалить семью?! У неё ноги отнялись от нервов! Нормальные жёны так себя не ведут!
Я спокойно выслушала его тираду, рассматривая пылающее лицо. В тот миг стало предельно ясно: с этим человеком будущего нет. В его глазах виноватой оставалась я, а не они. Не говоря ни слова, я сняла с антресолей большую дорожную сумку и распахнула шкаф.
— Твоя мама обожает распоряжаться чужими квадратными метрами? — произнесла я, по одному сбрасывая его рубашки и брюки в сумку. — Пусть теперь займётся твоими. У тебя есть ровно час, чтобы собрать остальное и уйти с моей территории, пока я не вызвала полицию. Опыт срочного выселения у меня сегодня уже есть.
Он растерялся, явно не ожидая такого ответа. Попытался смягчиться, забормотал, что вспылил, но моё решение было окончательным. С предателем я жить не собиралась. Александр, с силой хлопнув дверью, отправился к матери.
Казалось бы, на этом всё должно было закончиться обычным разводом, но жизнь решила иначе.
Через два месяца мы столкнулись с Александром у здания суда, где оформляли расторжение брака. Бывший супруг выглядел осунувшимся, похудевшим и смотрел на меня с откровенной тоской.
— Екатерина, может, попробуем всё вернуть? — тихо произнёс он, нервно перебирая ремешок сумки. — Я так больше не выдерживаю. Это настоящий кошмар.
Выяснилось, что после моего жёсткого отпора Людмила всерьёз перепугалась. Опасаясь, что я подам в суд за порчу имущества Бориса или найду другой способ отомстить, она решила подстраховаться. И заодно пожалела несчастную Зоряну, которой совсем негде было жить.