— Да бросьте, я уже всё вымыла. Только вот не пойму, зачем вы вчера курицу жарили? Я ведь говорила, что котлеты принесу.
Богдан отмахнулся:
— Мам, ну что ты начинаешь? Не придирайся.
Но меня это начинало выводить из себя. Оксана приходила тогда, когда ей вздумается. Переставляла вещи — «привела в порядок». Выкидывала еду — «она уже испорчена». Делала замечания — «почему Марко в такой тонкой кофточке, он же заболеет».
Я старалась не реагировать. Всё-таки это её жильё. Она ведь нам его отдала.
Весной 2021 года Оксана серьёзно поссорилась с Ростиславом. Как оказалось, он прикладывался к бутылке — не ежедневно, но стабильно. И когда выпивал, становился резким и грубым.
Вечером она появилась у нас на пороге вся в слезах:
— Богданчик, я больше так не могу. Он вчера пришёл пьяный и нагрубил мне. Назвал старой каргой.
— Мам, ну это он сгоряча… — Богдан обнял её. — Он потом извинится.
— Не дождётесь! Я собрала вещи и ухожу от него.
— Куда ты собралась?
— К вам. Временно. Пока не найду себе угол.
У меня внутри всё сжалось: к нам? В нашу двушку втроём с ребёнком?
Но я промолчала. Богдан только кивнул:
— Конечно, мамочка, оставайся сколько нужно. Разберёмся.
Оксана устроилась в зале — мы с Богданом и Марко перебрались в спальню втроём. Обещала задержаться ненадолго — «неделя-другая максимум».
Прошёл месяц… Потом ещё один. Свекровь обживалась: разложила свои вещи по полкам, развесила фотографии на стенах, притащила свой телевизор. С Ростиславом мириться не собиралась — говорила: «гордость важнее».
Я начинала терять терпение. Мы с Богданом даже поговорить вдвоём толком не могли — свекровь всё время была дома и вмешивалась во всё подряд: как я одеваю Марко, что готовлю на ужин, почему бельё неглаженое.
Однажды вечером я тихо сказала мужу:
— Богдан… так больше нельзя продолжать. Твоя мама живёт у нас уже три месяца… Это невозможно вынести.
— Леся… ну потерпи немного ещё… Ей ведь идти некуда…
— Пусть снимет жильё! Или попробует наладить отношения с Ростиславом!
— Она же моя мама… Я не могу выставить её за дверь…
— Я и не прошу выгонять! Просто поговори с ней по-человечески… Объясни ситуацию…
Богдан пообещал поговорить… Но так ничего и не сказал ей: боялся задеть мать.
В июле моё терпение лопнуло. Я сама подошла к Оксане:
— Оксана… нам нужно обсудить кое-что…
Она оторвалась от экрана:
— Что случилось, Леся?
— Вы живёте у нас уже четвёртый месяц… Мы очень ценим вашу помощь… но нам тесно втроём в одной комнате… Может быть… вы подумаете о съёме квартиры? Или попробуете помириться с Ростиславом?
Её лицо изменилось: взгляд стал холоднее…
— Тесно? В моей квартире?
— Это теперь наш дом… Вы ведь сами подарили его Богдану…
— Подарила… — она поднялась на ноги. — Но никак не ожидала оказаться на улице из-за родного сына и его жены…
— Мы вовсе вас не гоним! Просто…
— Просто вы неблагодарные! Я вам квартиру оставила – а вы мне даже пожить спокойно не даёте!
Она хлопнула дверью и ушла в комнату со злостью. А вечером разразился скандал между мной и Богданом:
— Ты обидела мою маму!