Оксана перевела взгляд на мужа. Андрей стоял, втянув голову в плечи, словно надеясь исчезнуть с глаз.
— Андрей? — с приподнятой бровью произнесла она. — Ты справишься?
— Ну… как-нибудь… — пробормотал он, явно не зная, что сказать. — Что-то придумаем.
— Что именно? Откуда ты возьмёшь деньги на коммунальные платежи? Счёт придёт уже в следующем месяце. Шесть тысяч гривен. У тебя есть эти деньги, Андрей?
Он промолчал. Алла вспыхнула от гнева.
— Перестань издеваться над моим сыном! Он мужчина, а не банкомат!
— Мужчина должен обеспечивать семью. Или хотя бы участвовать в расходах.
— Андрюша — человек искусства! Ему нужно время для самореализации!
— Ему тридцать четыре года, Алла. Сколько ещё времени ему потребуется?
— Да как ты смеешь так говорить!
Оксана чувствовала усталость во всём теле. Её измотали эти бесконечные разговоры, эти люди и сама эта квартира. Три года стараний, три года надежд — и вот к чему всё пришло. Свекровь приводит какую-то родственницу, муж прячется за экраном телефона, и все уверены: Оксана должна всё это принять молча.
Нет.
— Алла, — голос её стал неожиданно ровным и холодным. — Я спрашиваю последний раз: Ганна будет участвовать в оплате или нет?
— Конечно нет! — резко ответила свекровь. — Ганночка здесь временно! И вообще хватит командовать!
Алла повернулась к сыну; её лицо перекосилось от злости.
— Мне надоело терпеть её указания! — процедила она сквозь зубы. — Собирай ей вещи немедленно! Пусть уходит куда хочет!
Оксана ждала.
Она надеялась услышать от Андрея: «Мама, ты перегибаешь». Или хотя бы: «Это моя жена, не смей так с ней разговаривать». Или просто: «Давайте успокоимся».
Он переминался с ноги на ногу, бросая взгляды то на мать, то на жену. Потом пробормотал:
— Ну мама… это же её вещи… Она сама решит…
— Что значит «сама решит»?! — взвизгнула Алла. — Я сказала: пусть уходит! Это мой дом!
— Ну да… твой дом… ты права…
Внутри Оксаны что-то оборвалось. Без шума и боли – просто натянутая струна лопнула тихо и беззвучно. Три года она верила: они строят семью; что Андрей любит её; что свекровь примет её как родную; что всё это имеет смысл.
Не имело.
Она медленно выдохнула и едва заметно усмехнулась – холодной полуулыбкой уголками губ.
— На все четыре стороны?
— Именно так! — торжественно подняв подбородок, подтвердила Алла.
— Прекрасно. Только я заберу своё имущество.
— У тебя тут ничего нет!
— Сейчас проверим.
Оксана направилась в гостиную и подошла к окну. Она взялась за тяжёлую бархатную штору – ту самую, которую купила год назад по скидке.
Вслед ворвалась Алла:
— Ты что творишь?!
— Забираю то, что принадлежит мне лично.
С резким движением Оксана сорвала штору с карниза – кольца звякнули о металл; ткань сползла вниз и обнажила окно.
— Немедленно прекрати!
— Эти шторы покупала я сама. И карниз тоже мой собственный.— Она перешагнула к другому окну.— Всё это моё имущество.
Алла закричала:
— Андрей! Останови её!
Он стоял в дверях растерянный и молчаливый; из-за его плеча выглядывала Ганна с испугом на лице.
Ганна ахнула:
— Что происходит?! Ты совсем спятила?!
Оксана спокойно ответила:
— Просто возвращаю то, за что заплатила лично я.
Сбросив шторы на пол, она направилась к телевизору и выдернула вилку из розетки:
— Телевизор мой собственный. И тумба под ним тоже моя покупка.
Алла бросилась вперёд:
— Это уже грабёж! Я вызову полицию!
Оксана даже не моргнула:
— Пожалуйста вызывайте. У меня сохранились все чеки на технику и мебель – посмотрим потом вместе с полицией чья правда окажется весомее.
Свекровь застыла посреди комнаты с поднятой рукой – растерянность промелькнула в её взгляде при слове «чеки». Видимо об этом она не подумала заранее…
Оксана прошла на кухню и открыла холодильник – большой двухкамерный агрегат куплен был полтора года назад ею самой за собственные средства.
Она позвала мужа:
– Андрей? За этот холодильник я заплатила сорок две тысячи гривен. Верни мне деньги обратно сейчас же.
Он вытаращил глаза:
– Что?.. Какие деньги?
– Верни сумму или я заберу холодильник себе обратно домой.– Она говорила спокойно.– Вызову грузчиков – они всё аккуратно вынесут через подъезд без вашего участия даже…
– Ты сошла с ума…
– Нет.– В голосе прозвучала твёрдая уверенность.– Я наконец пришла в себя после трёх лет сна наяву…
Из комнаты донёсся тяжёлый топот шагов – в кухню вошёл Роман: свёкор до этого мирно дремавший у себя за закрытой дверью спальни… Он был грузным мужчиной средних лет в майке и спортивных штанах; волосы поредели почти до лысины…
Он оглядел всех мутным взглядом:
– А ну чего орём тут? Что случилось?
Алла тут же бросилась к нему навстречу:
– Рома! Эта сумасшедшая нас грабит прямо сейчас! Шторы поснимала! Телевизор отключает!
– Это мои вещи.– спокойно уточнила Оксана.– И телевизор тоже мой личный вклад сюда…
Роман нахмурился:
– Ты совсем страх потеряла?! Какое право имеешь устраивать тут такое?!