— Вы не подскажете, где Богдан? — негромко поинтересовалась Елизавета.
— Переехал, — ответил новый владелец. — Сказал, что дом ему одному слишком велик. Продал и приобрёл квартиру в центре.
***
Теперь Богдан обитал в двухкомнатной квартире на третьем этаже. Дверь открыл не сразу — вероятно, наблюдал через глазок.
— Дмитрий? — Его лицо выражало смесь вины и упрямства. — Не ожидал тебя увидеть.
— Мы тоже не рассчитывали, — отозвался Дмитрий с холодком в голосе. — Можно войти?
Богдан молча отошёл в сторону. Обстановка в квартире поражала роскошью: добротная мебель, огромный телевизор, кожаный диван.
— Объяснись, — сказал Дмитрий, усаживаясь напротив брата.
— А что тут объяснять? — Богдан отвёл глаза. — Дом продал. По доверенности.
— Наш дом. Половина принадлежала мне. Где деньги?
— Потратил их, — с раздражением ответил Богдан. — Купил эту квартиру, обставил её как следует. Я тебе ничего не должен, братец.
— Как это ничего?! — вспыхнул Дмитрий. — Ты присвоил мой дом!
— Присвоил?! — вскочил Богдан. — Всю жизнь ты был маменькиным любимцем! Кто без труда поступил в университет? Кому на работе доставались самые выгодные проекты?
Так кто у кого украл?
Елизавета слушала молча и всё яснее понимала: речь шла вовсе не о доме. Это был разговор о прошлом, о накопленных за годы обидах и зависти.
— Богдан… мы же семья… — тихо напомнила она.
— Какая ещё семья? — горько усмехнулся он. — Дмитрий уехал и оставил меня здесь одного! Как сторожа! А сам отправился на север зарабатывать!
— Мне предложили ту командировку! Я не виноват! — выкрикнул Дмитрий.
— Конечно тебе! А мне почему никто ничего не предложил? Хотя образование у нас одинаковое!
Елизавета поняла: спор бесполезен. Всё было решено задолго до этого разговора… возможно, ещё во время похорон матери.
— Мы уйдём, — сказала она спокойно и поднялась с места. — Но это ещё не конец.
— Конец уже наступил, — покачал головой Богдан. – Всё оформлено по закону.
***
В гостиничном номере Дмитрий сидел на кровати и безучастно смотрел перед собой в стену. Елизавета поставила чай на столик рядом с ним; напиток уже остыл.
— Что теперь делать? – спросила она вполголоса.
— Понятия не имею… – пробормотал он и провёл ладонями по лицу. – Завтра пойду устраиваться на работу… Может быть, временно поселят где-то при учреждении или дадут койку в общежитии…
— А как быть с Богданом?
– Никак… – его голос звучал глухо и обречённо. – Он больше мне никто…
Елизавета подошла к окну: за стеклом моросил мелкий дождь; казалось, будто весь мир утратил краски и стал холодным и серым… Но завтра наступит новый день – а значит будет шанс всё изменить… И они обязательно найдут выход из этой ситуации…