«Это наш дом…», — растерянно произнёс Дмитрий, увидев незнакомцев на пороге их утраченной жизни

Предательство внутри семьи способно разрушить даже самую крепкую связь.

Утром Дмитрий отправился на работу. Вечером он вернулся домой каким-то другим — взволнованным и в то же время растерянным.

— Меня сегодня начальник управления вызывал, — произнёс он, опускаясь за стол. — Предложил возглавить отдел.

— Правда? — Елизавета отставила чашку в сторону.

— Руководитель ушёл на пенсию, а его заместитель перебрался в Сибирь. А я ведь год на севере отработал, опыт есть. — Дмитрий замолчал на мгновение. — Он ещё предложил взять Богдана заместителем.

— И что ты ему сказал?

— Объяснил, что у нас с ним конфликт. Рассказал про ситуацию с домом.

Елизавета молча кивнула. Дмитрий никогда не умел лгать начальству.

— Представляешь, — продолжил он, — сначала не поверил. Говорит: «Родной брат не способен на такое».

— А потом?

— Потом видно было, как его это задело. Сказал, такие истории быстро по городу расходятся.

***

Так и случилось: слухи разлетелись по всему городку. Место маленькое — новости долго не задерживаются. Уже через неделю Елизавета заметила взгляды в магазине: на Дмитрия смотрели с уважением и сочувствием.

А вот Богдана, похоже, воспринимали совсем иначе.

Дмитрий с Елизаветой сняли скромную квартиру и начали её обустраивать по мере сил. Спустя месяц к ним заглянул Ярослав — местный предприниматель и благотворитель, который помогал школам и больницам города.

— Дмитрий Петрович, — начал он разговор, — слышал вашу историю. Недопустимо! Так вот что я решил: у меня есть небольшой домик в центре города. Одноэтажный, но крепкий и уютный. Дарю вам его.

— Вы серьёзно? — растерялся Дмитрий.

— Абсолютно. Завтра оформим все бумаги как положено. Не перевариваю предательство в семье — у меня к этому особое отношение.

***

Зимой Елизавета услышала от соседки новость: Богдан уволился с работы. Коллеги отказались с ним сотрудничать, а руководство перестало поручать важные дела.

— Говорят, сидит один в своей квартире целыми днями, — рассказывала соседка шёпотом. — Совсем себя запустил…

Елизавете представился Богдан среди роскошной мебели той квартиры… Она невольно поёжилась от этой мысли.

В марте она всё-таки решилась съездить к бывшему дому. Новые жильцы оказались доброжелательными людьми и пригласили её зайти на чай. В доме царили тепло и порядок; повсюду слышался детский смех.

— Бывший владелец недавно приходил тоже… — сказала хозяйка дома тихо.— Такой печальный был… Стоял у ворот долго… Мне даже жаль его стало немного…

Елизавета молча кивнула головой: ей тоже было жаль… Но вовсе не Богдана как взрослого человека, а того мальчика из прошлого двора – того самого ребёнка, который когда-то играл рядом с Дмитрием и ещё не знал тогда о том, как медленно и безжалостно зависть разрушает душу человека изнутри…

Продолжение статьи

Бонжур Гламур