Елена сразу же повесила подарок себе на шею, а Анастасия, сжав его в ладони, с визгом носилась по дому.
Выскочив на веранду, она зацепилась за порог и рухнула на пол.
Когда поднялась, обнаружилось, что один из лепестков кулона отломился. Началась истерика — слёзы, вопли, обвинения…
— Вы нарочно мне испорченный подсунули! — кричала Анастасия сквозь слёзы и размазывала их по лицу. — А вот Елене наверняка нормальный достался!
Пока родители пытались её успокоить, Елена расстегнула застёжку на своей цепочке:
— Держи, — протянула она сестре целый кулон. — Забирай этот. А мне пусть тот останется.
…Внешне мои сестрички были словно отражения друг друга — не отличить. Но по характеру они были полными противоположностями.
Елена — тихая, ласковая и добродушная. Анастасия же — импульсивная, своенравная и непредсказуемая.
Она появилась на свет раньше на двадцать минут и всячески подчёркивала своё первенство. Однако Елена никогда не стремилась оспаривать лидерство сестры: она обожала близняшку и всегда уступала ей во всём. Более того, часто прикрывала её шалости перед взрослыми. Но даже при этом Анастасия испытывала к ней мучительную зависть: ей казалось, что все любят Елену больше. И в этом была доля правды — не могу говорить за родителей, но я действительно тяготел к ней сильнее и не всегда мог это скрыть.
…Прошла неделя после дня рождения девочек, когда случилось несчастье. День выдался солнечным и тёплым. Отец с утра ушёл по делам, а мы с мамой занялись обедом на кухне; девочки тем временем играли в салки во дворе. Вдруг прибежала Анастасия:
— Мы скоро кушать будем? — спросила она нетерпеливо.