Она бережно разминала пластилин между пальцами и осторожно приклеила новый кусочек на нос гнома — получилась неровность, напоминающая родинку или забавную картошку.
На следующее утро жильцы долго рассматривали обновлённого гнома. — Зато не дырка! — заметила Ольга Викторовна. — Теперь он выглядит ещё интереснее… Такой неповторимый! — задумчиво произнёс Алексей Иванович.
Дети с восторгом тыкали пальцами: «Гном улыбается!» В этот момент неожиданно выяснилось: соседка с пятого этажа давно хотела поделиться своей историей появления гнома: — Его вообще мой сын привёз!
Он тогда был студентом-художником… Сказал: пусть во дворе появится что-то забавное!
Это признание немного смутило всех, но вскоре раздался смех: столько лет искали загадочного дарителя, а он оказался всего на этаж выше.
Постепенно накал страстей спал.
Клумба осталась украшенной этим самым гномом — теперь уже с новым пластилиновым носом в виде «картошки».
Утром следующего дня Тамара Сергеевна заметила возле гнома записку детской рукой: «Гномик, выздоравливай!» Совет решил больше не трогать ни гнома, ни его нос.
Споры сами собой утихли — разве что иногда кто-то добродушно кивал в сторону клумбы: — Вот это настоящая жизнь!
Неидеальная, но своя.
Тамара Сергеевна стала чаще улыбаться своему отражению в зеркале по утрам и размышлять о том, сколько терпения необходимо проявлять к чужим (и своим) странностям.
А если вдруг что-то снова отколется — ничего страшного: можно приклеить новый кусочек или просто принять всё таким, какое есть.
Весна во дворе шла своим чередом; дети рисовали мелками космические корабли прямо вокруг клумбы.
А рядом с цветущими бархатцами стоял тот самый гном с характером — пусть и с немного необычным носом.