— Спасибо вам огромное.
— Да что вы, не за что. Он был добрый человек. Спокойный, воспитанный. Только одинокий очень.
Маричка слушала, как Юлия вспоминала о дяде. Инженер-конструктор, всю жизнь трудился на одном предприятии. Никогда не был женат, детей у него не было. Жил скромно, много читал и собирал книги.
— Он сильно переживал из-за квартиры, — сказала Юлия. — Боялся, что после его смерти ее быстро продадут и заселят чужие люди. Говорил, что она должна достаться тому, кто будет в ней жить по-настоящему, а не просто наживаться.
Маричка почувствовала щемящее тепло в глазах. Значит, дядя всё понимал.
— Вы планируете здесь жить? — спросила соседка.
— Хочу попробовать… Но это непросто.
— Родные против?
Маричка кивнула. Не хотелось вдаваться в детали, но с Юлией почему-то было легко говорить откровенно.
— Ганна настаивает на продаже.
Пожилая женщина покачала головой с сочувствием.
— Доченька, это ваша собственность. И только вы решаете её судьбу. Богдан оставил её вам — не вашей свекрови.
Домой Маричка вернулась поздним вечером. Роман уже спал. Она тихо переоделась и легла рядом с ним, долго глядя в темноту потолка. Мысли вихрем носились в голове: дядя хотел именно этого — чтобы она жила там. Мама отказалась от наследства ради неё… А она теперь? Поддастся давлению и всё продаст?
Утром Роман ушёл рано. Маричка собиралась на работу, когда раздался звонок от Ганны.
— Маричка, я тут нашла риелтора хорошего! Проверенный человек! Он говорит: за семь миллионов гривен точно можно продать! Может даже больше получится! Давай я тебе его номер отправлю?
— Ганна Ивановна… нет. Я решила не продавать квартиру.
— Ну зачем ты так сразу? Давай хотя бы встретимся с ним и послушаем?
— Не стоит тратить время — я уже определилась.
— Что значит «определилась»? — голос свекрови стал холоднее и резче. — А Роман знает о твоём решении?
— Он знает: я хочу туда переехать жить сама.
— Вот уж глупость несусветная! — Ганна больше не сдерживалась. — Тебе же объясняют нормальные люди: выгоднее продать! А ты упираешься! Переезд этот… Да ты представляешь себе сколько мороки? Ремонт делать надо будет! Обставлять всё заново! А так продала бы — и спишь спокойно!
Маричка крепко сжала телефон в руке:
— Ганна Ивановна… Это моя квартира и моё решение!
— Ах вот как?! — свекровь явно рассердилась всерьёз. — Ну хорошо… Поговорим потом… когда одумаешься!
Она отключилась первой. Маричка осталась стоять посреди комнаты с дрожащими руками: впервые за всё время общения она ответила так резко… И это пугало её саму.
***
Следующие дни прошли под гнетущей тишиной: Ганна больше не звонила; Роман ходил угрюмый и почти молчаливый; на вопросы отвечал коротко и сухо.
В пятницу вечером Маричка попыталась начать разговор:
— Романе… давай поговорим спокойно? Я съездила туда снова… Квартира действительно хорошая: светлая такая… просторная… Мы могли бы…
Он перебил:
— Мама обиделась… Сказала ты ей нагрубила…
— Я просто сказала правду: продавать квартиру не собираюсь…
Роман вздохнул:
— Это же мама… Надо было мягче сказать…
Внутри у Марички будто что-то оборвалось:
— Мягче?.. Ты серьёзно?.. Она уже третью неделю давит на меня каждый день! Звонки бесконечные! Цифры шлёт! Риелторов подбирает!.. Мне молча всё это терпеть?
Он попытался оправдаться:
— Она хочет помочь нам…
Маричка вскинулась:
— Помочь чем?! Продажей моей квартиры?!
Роман поднялся со стула и подошёл к окну:
— Ты не понимаешь… Мама всю жизнь старалась для нас обоих… Меня вырастила одна… Образование дала… Она заслуживает немного покоя…
Маричка смотрела на него пристально:
— Причём тут моя квартира?..
Он промолчал сначала… Потом медленно повернулся к ней:
— У мамы трубы текут… обои отваливаются… Квартира совсем разваливается… Ей нужен ремонт…
Она нахмурилась:
― И?..
― Мы могли бы помочь ей деньгами от продажи…
Вот оно – правда наконец-то прозвучала вслух…
Маричке пришлось опуститься на диван – ноги подкосились от неожиданности:
― То есть весь этот спектакль – ради ремонта для твоей мамы?..
― Не только ради этого… Но да – частично поэтому тоже…
― Моей квартирой?! Продать то единственное жильё, которое мне досталось по наследству – чтобы сделать ремонт Ганне Ивановне?!
― Тихо-тихо!.. Не кричи…
― Я НЕ кричу!.. ― голос дрожал сильнее слов ― Я пытаюсь понять тебя!.. Почему ты сразу мне этого не сказал?! Почему прятался за разговорами про выгоду?!
Роман отвёл взгляд вниз:
― Потому что знал – ты откажешь…
Она резко поднялась со своего места – нужно было срочно выйти из дома подышать воздухом…
В прихожей натянула куртку наспех…
― Куда ты идёшь?
― Прогуляться немного… Мне надо подумать одной…
На улице мороз хлестнул по щекам – но это даже помогло прийти в себя быстрее… Шагая по заснеженным дорожкам возле дома, Маричка пыталась собраться с мыслями…
Значит дело только в ремонте… Деньги нужны свекрови именно для этого… И ради этих денег Роман готов уговорить её отказаться от своего первого настоящего жилья…
Она вспомнила слова Юлии: «Богдан боялся продажи». Будто предчувствовал всё заранее…
Через час она вернулась домой – Роман сидел за кухонным столом уткнувшись в экран телефона…
Он поднял глаза навстречу ей:
― Поболтали вдоволь?
― Нет… Я думала…
― Ну?.. Что надумала?
Она глубоко вдохнула перед ответом:
― Продавать квартиру я точно не буду… Но готова обсудить другие способы помочь твоей маме…
Лицо мужа заметно просветлело надеждой:
― Серьёзно?..
― Да… Но без продажи жилья… Мы можем переехать туда сами – перестанем платить аренду здесь… За полгода сможем накопить какую-то сумму для помощи ей с ремонтом… Пусть частично – но ощутимо…
Роман задумался над её словами; видно было как он прокручивает варианты внутри себя…
Наконец он произнёс тихо:
– Мама хочет сделать всё сразу…
– А мы просто физически не можем дать ей всё сразу!.. Это несправедливо ко мне!
– Но она же мать!
– А я жена!.. ― сорвалось у неё ― И это МОЯ квартира!.. Ты хоть понимаешь?! Всю жизнь я жила по съёмным комнатам или квартирам чужим людям платила аренду!.. Первый раз у меня появилось своё жильё!… И ты хочешь заставить меня его продать?!..