– Зоряна, не при людях…
– А что такого? – с наивной улыбкой отозвалась она. – Ты ведь сам просил говорить начистоту. Вот я и делюсь.
Коллеги застыли, не донеся чашки до рта. Воздух в комнате словно пропитался напряжением.
– Например… – Зоряна устроилась в кресле напротив, – кто оплачивает эту квартиру?
Ответа не последовало.
– Или кто каждый день поднимается ни свет ни заря, чтобы успеть и на работу сходить, и по магазинам пробежаться, и дома всё привести в порядок?
Владислав вспыхнул:
– Зоряна!
– Что «Зоряна»? – спокойно сделала глоток чая она. – Раз ты глава семьи, то наверняка знаешь цену буханки хлеба? Или когда последний раз коммуналку оплачивал?
Никита понял: назревает серьёзный конфликт. И он оказался прямо в его центре.
– Может, нам лучше…
– Да нет же! – с улыбкой перебила его Зоряна. – Владислав так хотел продемонстрировать своё главенство. Пусть покажет.
Она поднялась и подошла к мужу:
– Любимый, а где у нас хранятся документы на квартиру?
Молчание повисло над комнатой.
– А номер сантехника помнишь? Если вдруг трубу прорвёт?
Владислав задумался.
– Или вот ещё интереснее: сколько зарабатываю я… и сколько ты приносишь домой?
– Зоряна, умоляю…
– О чём просишь? – её голос стал холодным и твёрдым. – Два десятилетия я молчала, пока ты при всех строил из себя кормильца и решалу. Двадцать лет слушала твои «я главный», «семью обеспечиваю», «моя жена». Хватит!
Никите стало неловко — происходящее явно выходило за рамки обычной семейной сцены.
– А знаете, что самое забавное? – обратилась Зоряна к присутствующим. – Он действительно считает себя главным только потому, что громче всех орёт и кулаком по столу стучит время от времени.
Владислав попытался подняться:
– Ну хватит уже! Люди же…
– Сиди, – негромко, но жёстко произнесла она.
И он подчинился.
Вот это развязка… Никита осознал: перед ними разыгрывается настоящая семейная трагедия. И развязка ещё впереди…