— Земля-то твоя, — кивнула я.
— А вот сад — мой. Я вложилась, и хочу получить компенсацию. Или заберу то, во что вложилась.
Маричка усмехнулась с пренебрежением:
— Ты что, чеки хранила? Какая же ты мелочная. Пять лет жила бесплатно, воздухом дышала, а теперь копейки считаешь?
Папка с чеками
— Да, собирала.
Я вытащила из сумки пухлый скоросшиватель. Пластиковая обложка громко шлёпнулась о столешницу.
— Здесь всё до мелочей: от первого мешка удобрений до последней плитки на дорожке. Либо вы возвращаете мне половину от продажи участка, либо я…
— Перестань смешить! — перебила свекровь. Её голос вдруг стал резким и холодным.
— Раз земля твоя — значит и всё, что в ней прижилось, тоже твоё? Бог учил делиться, Леся. Не будь такой алчной. Весной уже начнут приезжать покупатели — так что наведи порядок: листья убери, чтобы участок выглядел прилично.
Я перевела взгляд на мужа. Орест опустил глаза и уставился на узор тарелки перед собой.
— Мама дело говорит, Лесь… Ну чего ты… Маричке ведь помощь нужна.
В тот момент внутри меня будто лопнула туго натянутая струна — та самая, что держалась все эти пять лет только на терпении.
Три ночи я не могла сомкнуть глаз. Всё обдумывала.
Может и правда махнуть рукой? Пусть берут эти деньги… Здоровье дороже.
Но потом представила чужих людей на своём газоне. Представила Маричку, гасящую долги деньгами, которые я копила годами вместо отпуска. Представила свой труд в виде «товарного вида».
В субботу утром я поехала на дачу одна.
У калитки остановилась и долго смотрела на туи сорта «Смарагд». Когда-то они были тоненькими веточками… Теперь выросли в стройные двухметровые деревца.
Под укрытием мирно спали гортензии. Теплица из поликарбоната сияла под редкими лучами ноябрьского солнца — мой личный космический корабль среди грядок.
Это было не просто имущество — это были мои годы жизни и усилия души.
К воротам подкатила грузовая «Газель». Из кабины вышли двое крепких мужчин в рабочих спецовках.
— Вы хозяйка? — спросил старший низким голосом.
— Какой объём работ?
Я раскрыла папку с чеками и достала заранее подготовленный перечень работ. Внутри была полная ясность и спокойствие.
— Работаем по полной программе, ребята, — сказала я уверенно и распахнула ворота настежь.
— Копаем всё строго по списку. Начинаем с туй.
Мужчины переглянулись между собой и взяли лопаты в руки.
Первый удар штыковой лопаты о промёрзшую землю прозвучал как вступление к новой главе моей жизни.
Работали без остановок и перекуров.
Двухсотлитровые чёрные строительные мешки были закуплены с запасом именно для этого дня. В них аккуратно складывались мои растения вместе с комьями родной земли — каждое вложение бережно упаковывалось для переезда в новую жизнь.
— Осторожнее с корнями прошу вас! — обращалась я к рабочим во время выкопки пятилетней туи.
— Не стряхивайте землю: ей ещё приживаться предстоит после пересадки!
Соседка Люба всё так же висела на заборе напротив несмотря на морозец; глаза её становились всё круглее с каждым кустом, исчезающим из земли участка напротив её дома.
— Леся! Что ж ты удумала?! — причитала она сквозь заборную щель голосом полным ужаса и непонимания:
— Тут же красота была! А теперь будто Мамай прошёл! Одна разруха да ямы остались!