Он действовал без лишнего шума: никого не предупреждал и ни с кем не обсуждал. Просто написал на обычном листе бумаги короткое уведомление и прикрепил его к калитке:
– Ведётся видеонаблюдение.
Утром никаких перемен не обнаружилось — двор был безупречно чист. Прошёл ещё день, и снова ни клочка бумаги, ни пустой бутылки. Я подумала, что это, возможно, простое совпадение или соседям вдруг надоело использовать наш участок как свалку, но муж твёрдо сказал:
– Пусть камера повисит ещё. Если кто-то объявится, сразу увидим.
Три дня подряд — образцовый порядок, ни единого нового «сюрприза». Вечером к нам зашла соседка справа. Улыбалась натянуто, то и дело поглядывая в сторону забора. Разговор получился коротким:
– Зачем вы двор снимаете?
Муж ответил ровным тоном:
– Камера установлена для нашей безопасности. В чужие окна она не направлена.
Спустя несколько дней появился уже её супруг. В голосе слышалось недовольство:
– Может, объясните, зачем вам вообще запись с забора? Вы не думаете, что нарушаете наш покой?
Муж и на этот раз остался невозмутим:
– По всему периметру у меня порядок. Камера охватывает только наш двор, соседний дом в кадр не попадает, и никаких посторонних съёмок не ведётся.
Ровно через сутки к нам на участок зашёл патрульный из местного отделения:
– Поступила жалоба. Вы установили видеонаблюдение без согласования с соседями.
Муж спокойно объяснил, что камера направлена исключительно на нашу территорию и фиксирует лишь то, что происходит в пределах собственного двора.