— В пятницу.
— Я с тобой поеду.
— У тебя же работа…
— Попрошу отгул. Это важнее.
Плита сверкала чистотой. Богдан с удовлетворением оглядел результат своих стараний.
— Ну как тебе?
— Просто отлично. Как будто только из магазина.
— Вот видишь. А ты переживала.
Он опустился рядом, обнял её за плечи.
— Мария, как ты себя чувствуешь? Не считая усталости?
— Сложно объяснить… Радость и тревога вместе. И ещё… было немного одиноко.
— Почему одиноко?
— Потому что казалось, будто ты не замечаешь. Я уставала, просила помощи, а ты будто не слышал. Я даже начала думать — может, я и правда слишком многого требую?
— Нет, это я слишком мало отдавал. Прости меня.
Они сидели в тишине, прижавшись друг к другу. За окном сгущались сумерки. Внизу гудели машины, спешили прохожие — обычный вечер в шумном городе.
— Знаешь, что сказал мой начальник? — вспомнил Богдан. — Что семью легко потерять из-за упрямства.
— Мудрый человек у тебя начальник.
— Ага. Он знает, о чём говорит: первую жену потерял именно потому, что не хотел помогать по дому.
— И что теперь?
— Теперь сам всё делает — и доволен жизнью.
Мария рассмеялась весело:
— Вот и ты будешь мыть посуду — и станешь счастливым!
— Уже счастливый! У меня красавица-жена и скоро малыш появится. Что ещё нужно?
— Может быть… чистая квартира? — подмигнула она игриво.
— Будет тебе порядок! Обещаю!
Телефон Марии издал сигнал уведомления — сообщение в чате с подругами.
— Что там пишут?
— Не верят, что ты плиту отдраил сам! Говорят — фотошоп!
— Ну вот ещё! Давай сделаем селфи на фоне плиты — пусть убедятся!
Они сделали снимок: улыбающиеся лица на фоне сияющей поверхности плиты — счастье в мелочах.
Мария вдруг сказала:
— Знаешь… Пиццы уже не хочется. Может, сами что-нибудь приготовим?
— Отличная идея! Только ты руководи процессом, а я буду выполнять приказы!
— По рукам! Мой личный помощник на кухне!
Они вдвоём готовили простой ужин: пасту с салатом. Богдан нарезал овощи под её подсказки; Мария сидела рядом на стуле и помогала чем могла. Смеялись над тем, как он перепутал базилик с петрушкой; целовались между делом, пока варились макароны…
Вечер был обычным по сути — но особенным по ощущениям: словно они заново открывали друг друга заново.
Перед тем как лечь спать, Богдан снова взглянул на список дел:
— Завтра начну вставать раньше на полчаса — буду готовить завтрак сам.
— Не надо геройствовать…
— Надо-надо! Тебе нужно отдыхать побольше. Ты ведь теперь за двоих отвечаешь!
Мария прижалась к нему крепче:
— Спасибо тебе…
Он удивился:
— За что именно?
Она улыбнулась:
― За то… что наконец услышал меня по-настоящему.
Он нежно поцеловал её в макушку:
― Я люблю тебя, Мария… И нашего малыша люблю тоже… И плиту мыть буду… И полы… Всё-всё буду делать – лишь бы вы были счастливы…
― Глупенький мой…
― Твой глупенький навсегда…