— Златочка, солнышко, это тебе!
Отец протянул младшей дочери бархатную коробочку. Внутри лежали ключи. Злата ахнула и прижала ладони к лицу. В комнате поднялся гул. Мать уже вытирала слёзы платком.
— Двушка в центре, родная. Пусть у тебя начнётся настоящая жизнь, — Тарас светился от гордости. — Нашей девочке — только самое лучшее.
Вера стояла у стены с пакетом, в котором лежали тщательно выбранные махровые полотенца — она потратила на выбор почти час.
— А для Веры — вот! — мать повернулась к ней с широкой улыбкой. — Кастрюли! Настоящий немецкий набор! Ты ведь у нас хозяйственная, всё время что-то готовишь.
Гости зааплодировали. Злата уже обвила отца руками и повисла у него на шее.
Вера приняла коробку. Она оказалась тяжёлой. На упаковке красовалась цена — примерно как пара её обычных походов в магазин.
— Спасибо, — произнесла она.
Без эмоций. Просто поблагодарила.
Мать одобрительно кивнула и снова переключилась на Злату. Отец обнимал младшую дочь, целовал её в щёку. Вера поставила кастрюли на тумбочку в прихожей, взяла сумку и вышла из дома.
Никто даже не заметил её ухода.
Семь лет выплат по ипотеке. Однокомнатная квартира на окраине города: дорога до работы занимала час при удачном стечении обстоятельств с маршруткой. Зимой она носила старую куртку — новую позволить себе не могла. Летом проводила дни на даче родителей: копалась в грядках, пока Злата нежилась под солнцем с журналом в руках.
Вера всегда молчала. Потому что считалась «сильной». Потому что «сама справится». Потому что не хотела никому быть обузой.
А Злата получила квартиру просто так. Без усилий и условий. Потому что «беззащитная».
Вернувшись домой, Вера убрала кастрюли на полку и долго смотрела на них молча. Затем достала телефон и написала матери сообщение: «Поздравляю Злату с подарком».
Ответ пришёл спустя пять минут: «Доченька, ну ты же понимаешь, Златочке нужно помочь… Она ведь не такая крепкая, как ты… А тебе и так хорошо».
Вера выключила телефон без ответа.
Прошёл месяц. Было раннее утро субботы; Вера собиралась идти в банк узнать остаток по кредиту — три года собирала каждую гривну ради досрочного погашения хотя бы части долга.
— Верочка, милая… У нас беда… — голос матери звучал напряжённо. — С дачей беда… Крыша рухнула, пол сгнил… Мастера сказали: срочно нужен ремонт…
— Ну так займитесь ремонтом…
— Вот именно… Все деньги ушли на квартиру для Златы… И ещё немного оставили ей на ремонт… Сейчас вообще ничего нет… А дача ведь общая… Ты же каждое лето там бываешь…
Вера опустилась на кровать.
— Мам… А я тут при чём?
— Доченька… Ты ведь старшая… Возьми кредит или используй накопления – я знаю, ты откладывала… Это же семейное дело…
— Семейное дело? – переспросила Вера медленно.— А квартира для Златы тоже была семейным делом?
На том конце повисло молчание.
— Верочка… Ну зачем ты так? Ей нужна была помощь…
— Мне тоже нужна была помощь семь лет назад… Когда я брала ипотеку… Но ты даже не спросила…
— Так ты же справлялась сама! – голос матери стал резче.— А Златочка другая… Ей нужна опора… Ты сильная у нас, Вера…
Она посмотрела на экран телефона, затем перевела взгляд на свои руки и потрескавшийся линолеум под ногами – тот самый пол, который собиралась заменить уже много лет подряд, но всё откладывала…
Значит, раз я сильная – то мне можно всю жизнь впрягаться?..