Сложился собственный круг общения — не больше и не меньше, чем новые дворяне. В него вошли те, у кого есть серьёзные средства. С такими легко и удобно: свои, одного поля ягоды. С ними можно обсуждать любые темы без оглядки.
Их дети получают образование в престижной школе. Там им прививают навыки современного мышления, учат держаться уверенно и свободно. Порой их отправляют в Англию — подтянуть язык, отточить произношение: раз уж элита, так соответствовать статусу во всём.
Казалось бы, всё устроено безупречно. Но с родителями — полная пропасть.
— Понимаешь, Михаил. Ты только не обижайся, что я почти не бываю ни у тебя, ни у Ирины. Моё время слишком дорого стоит. К тому же мы с вами совершенно разные люди.
И правда, общего будто бы ничего. Михаил всю жизнь простоял у токарного станка на заводе. Ирина там же трудилась рабочей. Люди незатейливые, без светского лоска. В приличном обществе их, как он считает, не покажешь — неловко станет. За столом могут чавкнуть, изъясняются без изысков, одеваются по‑простому, по‑деревенски.
Да и Тараса к ним отправлять не стоит. Чему он там научится? Пусть растёт среди блеска и свободы, вращается в утончённой среде. А у стариков, по его мнению, в характере слишком много покорности — ведь они всю жизнь спину гнули на государство.
И ничего не заработали.