– И почему ты так долго возишься с дверью? Мы уже минут пять тут стоим, как чужие, – бросила с порога невестка, даже не подумав поздороваться, и подтолкнула сына вперед.
Лидия медленно отпустила дверную ручку и без лишних слов отступила в сторону, пропуская гостей в коридор. Всего несколько минут назад она закончила мыть кухню: пол еще хранил влажный блеск, по квартире тянуло чистотой и лавандовым мылом, а на плите остывала кастрюля с куриным супом и домашней лапшой. В это воскресенье она никого не ждала. Обычно Денис с семьей хотя бы заранее предупреждали, что собираются заехать, но сегодня, видимо, решили не утруждать себя такими мелочами.
Марина скинула светлые модные кроссовки прямо на середину узкого коврика, и Лидия лишь мысленно вздохнула, глядя на только что вымытый пол. Следом в прихожую вихрем влетел восьмилетний Матвей. Шнурки он развязывать не стал, ботинки кое-как столкнул в угол и, не заглянув даже к умывальнику, помчался в гостиную. Через секунду оттуда уже грянул телевизор на такой громкости, будто в комнате собрался целый кинозал. Последним вошел Денис. Он тяжело выдохнул, повесил куртку на единственный свободный крючок и неловко улыбнулся матери, стараясь не встречаться с ней взглядом.
В руках у них не было ни пакета, ни коробочки к чаю, ни фруктов для ребенка, ни даже обычного батона свежего хлеба.
– Могли бы позвонить заранее, – ровно сказала Лидия, кладя влажную тряпку на край обувной тумбы. – Я бы хоть что-нибудь испекла к вашему приходу.
– Ой, мама, ну не начинай, – отмахнулась Марина, поправляя перед зеркалом гладко уложенные осветленные волосы. – Мы же не на официальный прием записываемся, а к родной матери приехали. Денис, давай быстрее разувайся. У меня уже в горле пустыня, с утра на ногах. Матвей тоже пить хочет, да и перекусить нам не помешает. Его в машине немного укачало.
С этими словами невестка прошла на кухню так уверенно, будто находилась у себя дома. Босые ступни зашлепали по прохладному линолеуму. Лидия двинулась следом и с тихим удивлением наблюдала, как Марина без малейшей неловкости подошла к высокому двухкамерному холодильнику, ухватилась за ручку и распахнула тяжелую белую дверцу.
– Так, а что это у нас там на плите? – Марина приподняла крышку большой кастрюли, скривилась и выпустила наружу облако густого пара. – Суп с лапшой? Мама, ты серьезно? Кто сейчас в выходной день варит супы на костях? Это же прошлый век, один холестерин. Мы такое дома вообще не едим. Матвей на вареную морковку даже смотреть не станет.
Лидия без спешки подошла к плите, осторожно вынула металлическую крышку из пальцев невестки и снова накрыла кастрюлю.
– Это хороший куриный бульон из домашней птицы, – спокойно объяснила она, сложив руки на груди. – Легкий для желудка и достаточно сытный. Если вы голодны, я достану глубокие тарелки, нарежу ржаного хлеба и подогрею второе. Там тушеная картошка с мясом.
– Картошка? – протянула Марина с таким разочарованием, будто ей предложили что-то совершенно несъедобное. При этом она продолжала бесцеремонно разглядывать содержимое холодильника. – Мама, картошку мы и в будни едим, когда нет сил готовить. А сегодня выходной. Мы, честно говоря, рассчитывали нормально пообедать, чем-нибудь приличным.
Ее взгляд пробежал по контейнерам, банкам и судочкам, а потом неожиданно остановился на узкой верхней полке. Именно туда Лидия обычно убирала редкие деликатесы, купленные не на каждый день. Глаза Марины тут же стали круглыми, и в ее голосе вместо прежней брезгливости зазвенело оживленное требование.
– Вот это да, какие запасы у пенсионерки, – почти по пояс забравшись в холодильник, невестка принялась вытаскивать плотные вакуумные упаковки. – Денис, иди сюда, посмотри! А твоя мама все время жалуется, что пенсия маленькая и лекарства дорогие. Тут слабосоленая форель, настоящий пармезан, баночка вяленых томатов и сервелат с цельным фундуком. А это что за коробка? Пирожные из той кондитерской возле театра?
Денис как раз протиснулся в кухонный проем и оперся плечом о косяк. Услышав перечисление, он заметно оживился и довольно потер ладони.
– О, форель – это отлично, мам, – сразу поддержал он жену, даже не удосужившись посмотреть на лицо Лидии. – Давай ее сейчас на стол. Мы вчера в магазине такую видели, но цена совсем кусалась, около шестисот гривен за маленький кусочек отдавать пожалели. Нарежь побольше бутербродов. Белый батон у тебя есть? И сыр этот тоненько настругай. Мы с Мариной как раз под кофе нормально посидим.
Лидия сделала шаг вперед и уверенным, но спокойным движением закрыла дверцу холодильника прямо перед Мариной, перекрыв ей доступ к верхней полке.