Рекламу можно отключить
С подпиской Дзен Про она пропадёт из статей, видео и новостной ленты
Полгода я не сомневался, что у меня по-настоящему трудолюбивая жена. Леся занимала должность старшего аналитика в крупной логистической компании.
Работа серьёзная: заказчики, отчётность, жёсткие сроки. Она всегда подходила к делу основательно, брала на себя ответственность и старалась довести всё до идеала. Я не придирался и не устраивал сцен.
Мы вместе уже восемь лет. Нашей дочке Наде пять. Я — Максим, мне тридцать семь, тружусь мастером на производстве. За эти годы у нас сложилась традиция: суббота — только для семьи. Парк, блинчики, мультфильмы, горки вместе с Надей.
Жили спокойно. Без криков и потрясений. Трёхкомнатная квартира в спальном районе, размеренная жизнь.
Надя ходила в садик, мы оба работали и понемногу откладывали на летний отдых. По выходным Леся обычно готовила, я занимался мелким ремонтом и техникой. Каждый отвечал за своё. Мне казалось, что всё идёт как надо.
А потом пришёл март. И что‑то начало меняться. Не резко — постепенно, почти незаметно.
В одну пятницу вечером Леся вернулась домой, поужинала и засела за ноутбук. Спустя время сказала:
— Слушай, мне завтра нужно выйти в офис. Срочные вопросы. Форс-мажор, сам понимаешь.
— Хорошо, — ответил я. — Мы с Надей справимся.
Я не придал этому значения. Рабочие накладки случаются. Ничего особенного.
Но в следующую субботу она снова с утра собиралась. Деловой костюм, сумка, ноутбук, лёгкий аромат духов.
— Опять? — поинтересовался я.
— Проект горит. Я ненадолго, постараюсь к обеду вернуться.
К обеду она не успела. Появилась только в шесть вечера — уставшая, с пустым взглядом. Я уже накормил ребёнка, сходил с ней погулять и уложил спать. Не жаловался. К третьей субботе подобный сценарий стал привычным.
Леся уходила около девяти утра и возвращалась ближе к вечеру, а порой и позже. Однажды пришла почти в восемь.
— Клиент задержал. Прости, — сказала она тогда.
Так прошёл апрель, затем май, потом июнь. Ни одной субботы дома. Я перестал задавать вопросы и просто заранее продумывал день с Надей: утренние сеансы в кино, детские площадки, мороженое.
Как‑то раз мы отправились на другой конец города — там открыли новый парк аттракционов. Надя сияла от счастья, а я фотографировал её и улыбался. Дочь радовалась. Я держался.
В какой‑то момент я всё же решился поговорить.
— Лесь, у вас там совсем выходных не бывает? Уже второй месяц каждую субботу.
— Максим, ты же знаешь наш отдел. Сроки, клиенты — всё навалилось одновременно. Я не могу просто взять и уйти.
— Но ведь каждую субботу подряд…
— А что ты предлагаешь? — в её голосе звучала усталость и лёгкое раздражение. — Чтобы я отказалась от работы? Ты сам говорил, что нам нужно копить деньги. Я и стараюсь. Думала, ты меня поймёшь.
Я замолчал. В её словах была своя правда. И всё же внутри что‑то неприятно шевельнулось. В мае я попробовал снова — мягче.
— Лесь, может, хотя бы в следующую субботу останешься дома? Надя скучает. Говорит, хочет с мамой на качели.
Леся перевела взгляд с телефона на меня и обратно.
— Максим, я бы с радостью. Но не могу. Мы всей командой выходим. Я не могу их подвести.
Я лишь кивнул. Давить не стал.
— Мама говорит, что скоро станет легче, — сказал я Наде, укладывая её в субботний вечер.
— Когда? — тихо спросила она.
— Скоро, солнышко.
Я погладил её по волосам, и Надя, чуть кивнув, прижалась к подушке и закрыла глаза.