Март тянул за собой запах сырости и растаявшего снега. Я стояла в прихожей маминой квартиры, застёгивая куртку дрожащими руками, и слушала, как за закрытой дверью комнаты мама кричит Юлии:
— Как ты могла позволить ей уйти? Неблагодарная! Я её вырастила, а она бросает родную мать!
Я криво усмехнулась. Вырастила… забавно звучит.
Последний чемодан уже стоял у стены. Я оглядела облупленные обои, потёртый линолеум — тот самый, который я мыла изо дня в день последние три года. Этот коридор помнил меня ещё ребёнком, знал мои слёзы после маминых слов: «Юлия у нас красавица, а ты — умница. Каждому своё». Помнил, как я возвращалась из школы и сразу шла на кухню готовить ужин — мама уставала на работе, а Юлия была «слишком чувствительной для домашних забот».
— Дарина, ты правда уходишь? — Юлия выглянула из комнаты. На ней был новый бирюзовый шёлковый халат — тот самый, что я заказала маме ко дню рождения. Почему-то теперь его носила сестра.
— Да, — коротко ответила я и подняла чемодан.
— Но мы же договаривались! Ты говорила, что останешься с мамой ещё немного!
Я опустила чемодан обратно на пол и медленно повернулась к ней.
— Мы договаривались? Правда? Юля, я провела с мамой три года. Три года ухаживала за ней: меняла подгузники, готовила еду, стирала бельё, водила по врачам. Три года брала отгулы на работе ради её процедур. За это время я ни разу не сходила в кинотеатр, не встретилась с друзьями и даже не пыталась наладить личную жизнь. А ты приезжала раз в месяц на пару часов: целовала маму в щёку — и снова исчезала в своей безоблачной жизни.
— У меня работа! — возразила Юлия и скрестила руки на груди. — Я не могу всё бросить вот так просто!
— А я разве всё бросила? Нет. Я специально перешла на удалёнку ради того, чтобы быть рядом с ней каждый день. А ты просто не хотела приезжать.
— Это нечестно… — пробормотала она с обиженным видом. Передо мной снова стояла та самая капризная девочка из прошлого: та же мимика губок бантиком; та же манера получать лучший кусок пирога или новую куклу; та же любовь к маминым похвалам. — Я тоже люблю маму…
— Верю тебе… Особенно тебе дорога её квартира в центре города. Двушка ведь неплохая?
Юлия побледнела.
— О чём ты говоришь?
Я достала из кармана куртки помятый лист бумаги — копию договора дарения недвижимости. Нашла его случайно два дня назад среди маминых бумаг во время поисков медицинской карты.
— О том самом документе… Мама переписала всё на тебя месяц назад: квартиру, дачу и даже банковский вклад… Поздравляю тебя, Юля! Ты добилась своего.
Повисло такое напряжённое молчание, что мне показалось — слышно было даже переставленный стакан в комнате мамы.
— Дарина… Я могу объяснить… — начала она тихо.
Я подняла руку:
— Не стоит ничего объяснять. Мне всё ясно стало давно. Помнишь тот визит среди недели? Ты приехала неожиданно: привезла торт с цветами и сказала, что соскучилась… Тогда вы с мамой закрылись вдвоём в комнате почти на два часа… Вы ведь уже тогда были у нотариуса?
Юлия молчала и лишь прикусила губу.
— Знаешь что самое абсурдное во всём этом? Мне плевать на квартиру… Честно! Если бы ты попросила её прямо у меня – я бы отдала без споров… Мне нужна была семья… Мама хотя бы раз могла бы сказать «спасибо»… Сестра могла бы разделить со мной этот груз заботы… Но вместо этого вы решили всё за моей спиной…
Юлия опустила глаза:
— Это мама так решила… Она сказала мне тогда: «Ты моя любимая дочь». Сказала ещё: «Дарина живёт здесь бесплатно», а мне нужно хоть что-то получить взамен того факта… что я не могу быть рядом…
Я засмеялась горько – по-настоящему – до слёз:
— Получить взамен того факта?.. Гениально сформулировано! А знаешь ли ты вообще сколько раз за эти годы мама звала тебя по ночам? Сколько раз плакала навзрыд и шептала твоё имя?.. Где ты была тогда?
— Я правда не могла…
— Нет! Ты просто не захотела! Это совсем разные вещи!
Я вновь взялась за ручку чемодана и направилась к двери. Но Юлия схватила меня за рукав:
— Дарина… Подожди!.. А как же мама?.. Я ведь одна не справлюсь!.. Я не знаю даже как ухаживать за ней…