Всё же Мелания была ещё совсем ребёнком для маникюра, макияжа и прочих взрослых процедур. Однако, наблюдая, как радуются его любимые женщины — и взрослая, и маленькая, — он решил не спорить.
— Будем с нетерпением ждать вас обратно, — напутствовал он их на прощание. — Только не перестарайтесь с красотой, а то мы с Андреем тоже решим записаться на маникюр!
В том самом салоне, где Оксанка побывала утром, Мелания долго перебирала варианты дизайна. Она внимательно рассматривала образцы, сравнивала оттенки и никак не могла определиться. В итоге выбор пал на ярко-кислотный розовый с сердечками и цветочками. Оксанке хотелось предложить дочери что-то более спокойное, но она сдержалась — если ребёнку по душе именно это, значит, так тому и быть. Это её решение.
Когда они вышли из салона, Мелания буквально светилась от радости. Девочка постоянно крутила ладошками, любуясь новыми ноготками. Оксанка, глядя на её восторг, тоже не могла сдержать улыбки. Ради этих сияющих голубых глаз она была готова на всё. Ведь для счастья дочери требовалось так немного…
Однако уже на следующий день Мелания вернулась из школы расстроенной и в слезах. Маникюр был испорчен, покрытие содрано.
— Мелания, что произошло? — встревоженно спросила Оксанка. — Почему ты плачешь? Что с ногтями? Кто это сделал?
Всхлипывая, девочка рассказала, что директор школы запретила ей приходить на занятия с таким маникюром.
— Они сказали, что это выглядит вульгарно и не подходит под школьные правила, — сквозь рыдания объясняла она.
По словам Мелании, директор и ещё две учительницы сами принялись снимать покрытие прямо в кабинете, причиняя ей сильную боль.
— А теперь директор требует, чтобы ты пришла в школу, — закончила девочка, вытирая слёзы.
Дослушав рассказ до конца, Оксанка буквально закипела от возмущения. Не теряя ни минуты, она отправилась в школу. Без стука ворвавшись в кабинет директора, женщина потребовала объяснить, на каком основании они позволили себе обидеть её ребёнка.
Перед ней сидела строгая, властная директор — она спокойно пила кофе, когда в кабинет стремительно вошла Оксанка.
— Как вы посмели сдирать маникюр с моей дочери?! — с порога набросилась она на ничего не ожидавшую руководительницу.