Зоряна была в полном недоумении. В её отсутствие снова приходила сестра мужа и прихватила с собой новенькую модную блузку, которую Зоряна купила специально к корпоративному празднику.
— Александр, у нас опять Мелания заходила? — возмущённо спросила она, выбежав из спальни.
— Да, заглянула ненадолго. А что случилось? Ты почему так взвинчена? — удивился супруг.
— Что случилось?! Каждый раз после её визита что-то исчезает! На этот раз — моя новая вещь! — голос Зоряны сорвался на крик. — Это когда-нибудь прекратится?
— Ну зачем ты так переживаешь? Даже если Мелания и взяла что-то из твоего гардероба, она же вернёт. Очевидно же: не украла ведь, а просто решила поносить. Покажется в ней перед подругами и принесёт обратно. Я не понимаю, зачем столько шума из-за пары вещей? У тебя же их полно! Вы, девушки, всегда всё усложняете, — спокойно рассуждал Александр.
— Полно вещей?! Может быть. Но это МОИ вещи! И я не хочу, чтобы кто-то без спроса в них копался или тем более надевал! Это что за привычка такая — как будто всё общее?!
— Ну ладно тебе, успокойся. Хочешь — я сейчас наберу сестре и попрошу вернуть то, что она сегодня взяла? — предложил муж.
— Конечно хочу! И немедленно! Это дорогая обновка к юбилею фирмы! Пусть прямо сейчас возвращается и отдаёт назад то, что унесла! Надоело терпеть такие выходки!
Зоряна уже не раз просила золовку держаться подальше от её личных вещей, но все разговоры были впустую. Одежда, украшения, сумки и даже обувь постоянно попадали в поле зрения бесцеремонной родственницы. И только желание сохранить мир в семье удерживало Зоряну от резких слов или окончательного разрыва.
Она прекрасно понимала корень проблемы: свекровь Маричка тоже нередко позволяла себе подобное поведение и с первых месяцев брака ставила Зоряну в тупик своими действиями.
То ей вдруг приглянулась новая сковородка Зоряны:
— Я заберу её себе, Зоряна. А на Восьмое марта можете меня не поздравлять подарками вообще, — заявляла она с самодовольной улыбкой.
— Как это не поздравлять? Мы уже подарок купили… — удивлялся Александр.
— Ну тогда я возьму и подарок тоже. А ты жене купишь такую же сковородку заново.
А иной раз ей нравился какой-нибудь аксессуар:
— Ой! Вот такой шарфик я как раз искала под своё пальто! Прям точь-в-точь подходит. Всё ясно: он теперь мой. А ты себе другой подбери… Этот тебе всё равно не идёт — слишком блеклый для тебя… Тебе бы поярче что-нибудь…
Маричка произносила это всегда с той же простецкой невозмутимостью на лице.
Отец Александра тоже отличался своеобразным подходом: мог потребовать у сына новый ноутбук или просто без предупреждения забрать из квартиры инструмент вроде дрели или отвёртки и потом неделями его не возвращать. Похоже было на то, что он считал эти вещи уже своими по умолчанию.
В целом поведение семьи мужа казалось Зоряне странным и непорядочным. Она росла совсем в другой атмосфере: родители с детства внушали ей уважение к чужому труду и твёрдое правило – брать чужое нельзя ни при каких обстоятельствах…