Рождение ребёнка стало для неё помехой, и наставник предложил принести малышку в жертву на алтарь так называемого «Счастья».
Следуя его указаниям, Оксанка почти не кормила младенца, чтобы та оставалась вялой и неактивной.
План почти удался, но Богдан, который так долго мечтал о ребёнке, начал подозревать неладное. Перед самым ритуалом Оксанка подмешивала мужу препараты — всё по наставлению их духовного гуру.
Несмотря на внутреннюю растерянность, Богдан всей душой привязался к дочке. Случайно услышав разговор жены с наставником, он собрал последние силы и бросился прочь по улицам города, прижимая к себе свёрток с малышкой.
Единственным выходом для него было обратиться к бывшей супруге.
— Леся, прошу тебя… Прости меня. Я столько боли тебе причинил… Прости хоть за это…
— Богдан… Главное — что ты понял. Представь себе, если бы ты не успел…
— Леся… Меня будто заколдовали…
— Тебя попросту одурманили, а ты даже сопротивляться не стал.
— Леся… Лесечка… Прости меня. Я всё осознал. Мне страшно до дрожи…
Он выглядел измождённым до предела. Хоть здоровье понемногу восстанавливалось, последствия были серьёзными: кожа да кости — вот что осталось от некогда крепкого мужчины по имени Богдан.
Дочку он назвал Анастасией. На тот момент ей исполнилось три месяца, но из-за постоянного голода малышка выглядела как новорождённая.
Оксанка сразу подала на развод — она была полностью поглощена идеей помочь своему наставнику. Однако его арестовали и приговорили к длительному сроку заключения.
Оксанку судили за мошенничество и жестокое обращение с ребёнком. Богдан тоже понёс наказание — пусть и менее суровое.
На судебном заседании женщина кричала в адрес малышки ужасные вещи:
— Лучше бы ты сдохла! Ты всё разрушила! Надо было избавиться от тебя ещё тогда! Ненавижу тебя!
Это было страшно слышать: обезумевшая мать и множество других женщин в зале суда — те самые, кто отдали последнюю гривну этому обманщику.
А ведь начиналось всё красиво: разговоры о здоровом питании и заботе о теле…
Теперь Богдан вместе с маленькой Анастасией живёт у Леси. Как выяснилось позже — ему просто негде было остановиться. Он уже оправился после всего пережитого и вновь устроился на работу.
Постепенно Анастасия начала выглядеть как обычный здоровый ребёнок.
— Богдан… Она так похожа на тебя…
— Леся… Мы ведь когда-то мечтали о детях…
— Ты понимаешь же… Мне это даётся нелегко…
— Ты спасла её жизнь… Она словно заново родилась благодаря тебе… И мне тоже… Нам обоим…
Сказать, что всё сразу стало прекрасно — нельзя. Но они теперь вместе: Анастасия растёт рядом с ними и уже начала делать свои первые шаги. Видимо последствия истощения сказались — пошла она немного позже обычного срока.
В тот вечер стояла тёплая погода. Леся так и не оставила своё увлечение гончарным делом: приобрела круг и печь для обжига глины. В доме появилось много новой посуды — немного кривоватой, но очень уютной.
Анастасия сидела на полу среди игрушек. Вдруг она повернулась к Лесе и произнесла:
— Мама… дай…
Слёзы брызнули мгновенно: Леся вскочила с места, схватила девочку в объятия и разрыдалась ещё сильнее от счастья. В это время Богдан находился на кухне — готовил чай. Зайдя в комнату, он увидел своих любимых девочек вместе.
— Лесечка… Не плачь… Я идиот… Прости меня…
Леся уже улыбалась сквозь слёзы: она всей душой полюбила эту маленькую девочку с огромной силой духа.
Хэппи-энд? Пока рано говорить наверняка… Но хотя бы сейчас у них всё хорошо.