— Мам, привет! — бодрый голос Ольги резанул по ушам. — Ты уже встала? Отлично! Слушай, у нас тут форс-мажор. Няня заболела, а у меня важная презентация. Ты сможешь забрать Ваню из садика?
Тамара Ивановна села на кровати, пытаясь окончательно проснуться. — Ольга, я же говорила, что сегодня иду к врачу… — Ой, мам, ну перенеси! Это же важно! Работа! Ты же понимаешь! — в голосе дочери прозвучали истерические нотки. — И вообще, завтра суббота, Андрей в командировке, мне нужно на корпоратив, ты ведь посидишь? Максимум до часу ночи! — Ольга… — Всё, мам, я побежала! Спасибо! Целую!
Гудки.
Тамара Ивановна устало опустила трубку.
Она записалась к врачу ещё месяц назад, потому что колено всё сильнее беспокоило.
Но как объяснишь это дочери… Медленно поднявшись, она поморщилась от боли в суставах и направилась на кухню.
В холодильнике лежал творог, купленный на завтрак.
Однако его придётся оставить на вечер для Вани — внук любит творожную запеканку.
Она включила чайник и достала вчерашний хлеб.
На столе лежал лотерейный билет — купленный накануне в переходе.
Старая знакомая продавщица Люба уговорила: «Тамара Ивановна, ну возьмите! Вы же каждый день проходите мимо, а никогда не берёте. Розыгрыш большой, может, повезёт!» Взяла из жалости — Люба тоже пенсионерка, подрабатывает. — Главный приз — пять миллионов, — усмехнулась Тамара Ивановна. — Что бы я с ними сделала… Вспомнился покойный муж Сергей, который всегда смеялся над её мечтой съездить в Италию. «Галка, ну что ты там не видела? Те же дома, те же люди. Лучше поедем на дачу, картошку окучивать».
И ездили.
Тридцать лет подряд — на дачу.
Картошка, помидоры, огурцы.
Банки, варенье, соленья.
Для детей, для семьи.
Телефон вновь зазвонил.
На экране высветилось: «Наташа». — Мама, доброе утро! — голос младшей дочери звучал устало. — Слушай, у меня проблема. Дениска заболел, температура небольшая, в школу он не пойдёт. Я не могу отпроситься с работы, у нас проверка. Ты не могла бы… — Приехать и посидеть, — закончила за неё Тамара Ивановна. — Ну да. Ты же всё равно дома. И заодно заберёшь Катю из школы, ладно? Она заканчивает в два. — Наташа, я записана к врачу. И Ольга уже попросила забрать Ваню. — Мам, ну ты как маленькая! — раздражённо ответила дочь. — К врачу можно сходить и в другой день. А ребёнок болеет! Приедешь к девяти, хорошо? Ключи под ковриком.
Тамара Ивановна даже не успела ответить — дочь отключилась.
Она села за кухонный стол и посмотрела в окно.
Во дворе молодая мама катала коляску, рядом бежал мальчик лет пяти.
Счастливая семья.
Тамара Ивановна вспомнила себя в тридцать лет — она тоже катала коляску, а рядом бегала старшая Ольга.
Только счастливой себя она тогда не ощущала.
Уставшей — да.
Измотанной — да.
Но не счастливой.
В ящике стола лежала старая тетрадь — конспекты по итальянскому из института.
Она достала её и пролистала пожелтевшие страницы.
«Жизнь прекрасна» — когда-то она в это верила.
К девяти часам Тамара Ивановна добралась до квартиры Наты в Новоград-Волынском.
Час в метро, потом автобус.
Колено ныло, но она старалась не обращать внимание.
Денис лежал в своей комнате, играл в телефоне. — Привет, бабуль, — буркнул, не отрываясь от экрана. — Привет, внучек. Как себя чувствуешь? — Нормально. Мам сказала, чтоб я не вставал. Есть не хочу.
Тамара Ивановна потрогала лоб — прохладно.
Температуры не ощущалось.
Она вздохнула, понимая, что мальчик просто прогуливает школу, а Наташа не хочет вникать в детали.
Она привела квартиру в порядок и приготовила обед.
В два часа поехала за Катей — школа находилась в соседнем районе.
Девочка выбежала с улыбкой: — Бабушка! А мама сказала, ты нас на выходные к себе заберёшь! — Первый раз слышу, — пробормотала Тамара Ивановна. — Ну да! Они с папой едут в Одессу, романтический уик-энд! — Катя запрыгала на одной ножке. — Будем печь пирожки? — Посмотрим…
К четырём часам Тамара Ивановна отвезла детей домой, а затем поехала в Бутово за Ваней.
Детский сад закрывался в семь, но воспитательница недовольно поджала губы: — Тамара Ивановна, в следующий раз не опаздывайте. У нас тоже семьи есть. — Я не опоздала, ещё только пять… — Всё равно.
Ваня уже заждался.
Пятилетний внук действительно сидел в раздевалке один, все дети уже ушли. — Баба Галя! — бросился к ней ребёнок. — А мама придёт? — Мама на работе, солнышко. Пойдём ко мне, будем запеканку делать.
По дороге домой Ваня без умолку рассказывал о садике, друзьях и мультиках.
Тамара Ивановна слушала вполуха, думая, что продукты почти закончились, надо сходить в магазин, но с ребёнком это сложно — он требует внимания… Дома она включила мальчику мультики и начала готовить ужин.
Телефон буквально разрывался от сообщений.
Ольга: «Мам, я задержусь, корпоратив затягивается. Ваня пусть у тебя переночует.»
Наташа: «Мама, мы всё-таки решили съездить в Одессу. Детей завтра утром привезу.»
Знакомая Галя: «Галя, давай завтра в филармонию сходим? Шопен, твой любимый.»
Тамара Ивановна посмотрела на последнее сообщение.
Филармония… Когда же она последний раз была на концерте?
Лет пять назад?
Или даже больше?
Она написала Гале: «Не могу, внуки.»
Ответ пришёл быстро: «Опять? Галя, ты же хотела жить, а не просто существовать. Помнишь, что Михаил сказал перед смертью?»
Помнила.
Как не помнить.
Муж скончался от рака два года назад.
В последние дни, когда морфий уже не помогал, он вдруг стал необычайно ясным и честным. «Галка, — сказал он, взяв её за руку, — прости меня. Я отнял у тебя жизнь. Твою Италию, твою музыку, твои мечты. Всё забрал. Не повторяй мою ошибку. Живи. Хоть теперь поживи для себя.»
Но как жить для себя, если дети ежедневно звонят с просьбами?
Когда внуки — «бабушка, забери», «бабушка, посиди», «бабушка, приготовь»?
Она открыла старую шкатулку, где хранила документы.
Там лежала сберегательная книжка — 87 тысяч гривен, накопленных с пенсии за два года.
Сергей оставил ещё золотые часы и перстень — продать их можно было бы примерно за сорок тысяч.
И дача… Дети давно советовали продать её, ведь она далеко и это неудобно.
Может, стоит?
В субботу утром Тамара Ивановна проснулась от детского плача.
Ваня упал с дивана во сне и разбил коленку.
Пока она обрабатывала ранку, позвонила Наташа — они уже выехали, через час привезут детей. — И да, мам, — добавила дочь. — Купи, пожалуйста, продукты. Совсем забыла. И лекарство от кашля для Дениски. — Он же не кашляет… — Для профилактики! Всё, целую!
К десяти утра в двухкомнатной квартире Тамары Ивановны уже было трое детей.
Денис снова уткнулся в телефон, Катя требовала включить музыку погромче, Ваня носился по комнатам, изображая самолёт. — Тихо! — не выдержала Тамара Ивановна. — Соседи же! — Бабуль, да ладно тебе, — отмахнулся Денис. — Сегодня же выходной.
Она отправилась в магазин.
Список покупок занял целую страницу — всё, что любят внуки.
На кассе, пересчитывая последние деньги (пенсия будет только через неделю), она вспомнила про лотерейный билет. — Девушка, можно проверить выигрыш?
Кассирша неохотно взяла билет и провела им по сканеру.
Её глаза расширились. — Ого! Бабушка, да вы счастливица! — Что? — не поняла Тамара Ивановна. — Пятьсот тысяч гривен! Выигрыш! Только получать нужно в центральном офисе, у нас таких денег нет.
Тамара Ивановна ухватилась за прилавок.
Пятьсот тысяч.
Полмиллиона.
Это же… целое состояние!
— Вы уверены? Может, ошибка? — Да нет! Смотрите, вот на экране. Поздравляю вас!
Она медленно шла домой, сжимая в руке билет.
Пятьсот тысяч.
Можно съездить в Италию.
Не на неделю — на месяц, на два!
Каролино-Бугаз, Свалява, Трускавец… Она много читала об этих местах, смотрела передачи.
Или не ехать вовсе.
Отдать детям — Ольге на ремонт, Наташе на машину.
Они обрадуются, скажут спасибо.
А потом снова: «Мам, посиди с детьми», «Мам, забери из садика», «Мам, ты ведь всё равно дома»…
Дома внуки встретили её требовательным хором: — Бабушка, есть хочется! — Баб, а где конфеты? — Тамара Ивановна, можно мне привести друга?
Она машинально готовила обед, отвечала на вопросы, но мысли её были далеко.