Маричка тогда, не колеблясь ни минуты, отдала всё, что копила годами — те самые «на чёрный день», которые собирала больше десяти лет. Ради сына она продала дачный участок, чтобы он мог покрыть срочные финансовые дыры. Полгода она питалась одной овсянкой и заваривала пустой чай, а из села регулярно отправляла им сумки с продуктами — лишь бы «деточки получали витамины».
— Маричка, мы всё возместим, — уверял тогда Игорь, обнимая мать на перроне. — Вот только встану на ноги — и ты будешь жить как королева.
Игорю удалось подняться. Дела пошли в гору: появились выгодные контракты, престижная недвижимость… Вместе с этим в его жизни появилась новая Екатерина. Из скромной девушки она быстро превратилась в гламурную даму, которая методично избавлялась от всего, что напоминало о трудных временах. Именно она настояла на том, чтобы Маричка не появлялась у них без приглашения. А во время семейных торжеств старалась усадить свекровь подальше от центра стола — подальше от гостей и её «простоватых» речей.
Маричка всё прекрасно осознавала. Она не жаловалась и не упрекала никого. Просто продолжала любить по-своему. Этот плед стал для неё последней возможностью передать сыну частицу своей заботы. Она вязала его долгими вечерами, когда пальцы ломило от артрита, вкладывая в каждую петлю тихую молитву о благополучии Игоря. Ей представлялось: он возвращается домой после сложного дня переговоров, набрасывает плед на плечи и ощущает то же тепло и уют, что когда-то в детстве.
— Екатерина, хватит уже! — раздался резкий голос Игоря.
Он стоял у камина и наблюдал за происходящим. Обычно он держался в стороне от домашних споров и предпочитал не вмешиваться в «женские разговоры», но сейчас был другим: губы сжаты до белизны, а во взгляде вспыхнул ледяной гнев — такой Екатерина ещё не видела.
— Ой, Игорьчик! Ну посмотри сам! — капризно протянула жена и надул губы. — Я же стараюсь ради нас обоих! Имидж семьи должен быть соответствующим… А мама со своими поделками совсем выбивается из общей картины…