Рекламу можно отключить
С подпиской Дзен Про она исчезнет из статей, видео и новостей
– Михайло, ты серьезно? В новогоднюю ночь? Но ведь мы же договаривались… Я утку замариновала по твоему любимому рецепту – с яблоками и черносливом, – Марьяна застыла с половником в руке, удивленно глядя на мужа, который торопливо метался по спальне, укладывая вещи в спортивную сумку.
Михайло остановился на мгновение, тяжело вздохнул и посмотрел на жену взглядом человека, на плечи которого свалились все беды мира.
– Марьяна, ну ты же понимаешь – это не моя прихоть. Шеф только что позвонил. На складе авария: прорвало трубу отопления. Там продукции на миллионы гривен. Если сейчас не спасем электронику – после праздников всем нам грозит увольнение. А я как начальник логистики должен быть там лично – контролировать ситуацию, оформлять документы. Это форс-мажор.
Марьяна медленно опустила половник обратно в кастрюлю с борщом. В груди защемило от обиды. Они ведь столько планировали этот Новый год… Хотели остаться вдвоем – тихо, уютно, при свечах. Без гостей и суеты. Дети уже разъехались по своим домам, внуков пока не было – это время должно было принадлежать только им.
– И надолго ты туда? – спросила она почти шепотом, чувствуя подступающий ком в горле.
– До утра точно задержусь, – Михайло развел руками с виноватым видом. – Говорят, воды там по колено… Пока откачаем всё, пока перенесем коробки в сухое помещение… Прости меня. Думаешь, мне хочется встречать Новый год в резиновых сапогах среди сырости? Я тоже мечтал о твоей утке и «Наполеоне».
Он подошел ближе и обнял ее за плечи, чмокнув в макушку. От него пахло дорогим парфюмом — тем самым флаконом «Шанель», который он доставал лишь по особым случаям.
– Странно… – подумала Марьяна про себя. – Зачем душиться «Шанелью», если едешь бороться с потопом?
Но вслух ничего не сказала — за двадцать пять лет брака она привыкла доверять мужу. Михайло всегда был опорой: трудолюбивый и ответственный человек. Работа есть работа — особенно сейчас непростые времена.
– Ну ладно… – выдохнула она и чуть отстранилась от него. – Иди собирайся дальше… Я тебе хоть еды соберу с собой — не голодным же там быть! Положу холодец немного да бутербродов с икрой сделаю… И пирога кусочек заверну.
– Не надо, Марьяна! – слишком поспешно возразил он. – Там ребята пиццу закажут или еще чего… Мне неудобно будет с контейнерами таскаться — я же начальник всё-таки… Подумают еще чего…
– Ерунда какая! – фыркнула она и уже доставала пластиковые коробки из шкафа. – Домашняя еда лучше любой пиццы! Да и желудок у тебя слабый — потом опять мучиться будешь… Я немного положу — никто даже не заметит.
Она аккуратно упаковала праздничные блюда в контейнеры и уложила их в сумку мужа. Михайло наблюдал за ней с каким-то странным выражением лица — смесь раздражения и жалости скользнула во взгляде… Но спорить не стал: видно было — спешит.
Через полчаса он уже стоял у двери одетый в свой лучший пуховик.
– Всё… я пошел! Не скучай тут одна… Ложись спать пораньше — телевизор сильно не смотри… Завтра высплюсь как следует — первого числа отметим обязательно! Люблю тебя!
– И я тебя люблю… – тихо ответила Марьяна ему вслед.
Дверь захлопнулась за ним со щелчком замка — звук прозвучал оглушительно громко в тишине квартиры. Она осталась одна…
В гостиной переливалась гирляндами елка; под ней лежали подарки — красиво упакованные коробки для Михайла: новый видеорегистратор, о котором он давно мечтал… Теперь этот яркий сверток казался ей нелепым и ненужным…
На кухне доносился аромат запекающейся утки… Марьяна выключила духовку: аппетита совсем не было… Сдерживаемые слезы наконец прорвались наружу: она опустилась на стул у стола и закрыла лицо руками…
Она плакала долго: жалела себя, испорченный вечер… да и свою одинокую старость тоже — ту самую старость без детей рядом…
Так прошёл почти час… За окном сгущались сумерки; город готовился к празднику: слышны были хлопки петард да весёлые голоса прохожих…
А дома царила тишина; только часы мерно тикали где-то над дверью…
Неожиданно раздался звонок телефона… Марьяна вздрогнула от неожиданности и поспешно вытерла слёзы рукавом халата…
На экране высветилось имя: «Орися».
– Алло?.. – голос её звучал хрипло после слёз…
– Маринка! С наступающим тебя! – бодро прокричала лучшая подруга из трубки. – Ты чего такая грустная? Уже начала прощаться со старым годом под шампанское?
– Нет… Орися… Я вообще ничего не пила сегодня… Михайло уехал срочно на работу — вызвали его прямо перед ужином… На складе авария какая-то случилась… Вот я одна осталась…
На другом конце повисла пауза… Орися была женщиной боевой: трижды разведённая жизнелюбица со стажем…
Она хмыкнула:
– Авария на складе? В новогоднюю ночь?.. Ну-ну!.. А ты поверила сразу? Сидишь теперь одна да нюни распускаешь под «Иронию судьбы»?
– А что мне делать?.. Утка остывает уже… Настроения нет совсем…
– Так-так-так!.. Подруга моя дорогая!.. Прекращаем нытьё немедленно! У меня тоже планы сорвались к чёрту: мой кавалер опять сбежал куда-то — испугался ответственности очередной раз!
Так что я тоже одна.