— Представляешь, меня сегодня в школу вызывали, — сказала Ольга сестре, едва та успела пройти на кухню.
— Да ладно? — Анастасия удивлённо вскинула брови. — И что такого натворил твой Егор? С кем-то подрался? Учителю нагрубил?
— Ничего подобного, — Ольга покачала головой и принялась ставить чайник. — Не дрался, никого не дразнил, подножек не ставил, в коридоре не толкался и учителям не дерзил.
— Тогда погоди… дай угадаю, — Анастасия на секунду задумалась. — Он не выучил урок?
Ольга невольно рассмеялась.
— Как раз наоборот. Ко всем занятиям он был готов. И даже сделал больше, чем задали.
— Всё, сдаюсь, — Анастасия подняла ладони, а Ольга поставила перед ней чашку. — Так по какой же причине тебя туда вызвали?
— Мне заявили, что если я и дальше буду помогать ему с рисунками, то в следующий раз ему поставят двойку, — тихо произнесла Ольга. — Я пыталась объяснить, что сама рисовать толком не умею и к его работам вообще не прикасаюсь. Но бесполезно, — она развела руками. — Не поверили.
Она на мгновение замолчала, потом устало добавила:
— В общем, на следующей неделе, похоже, ждём первую двойку.
— Егор, наверное, очень расстроится, — осторожно сказала Анастасия.
— Конечно, расстроится. Но больше всего я боюсь другого: эта учительница может отбить у него всякое желание рисовать. Он и так уже отказался поступать в художественную школу, а с таким отношением вообще бросит карандаши и краски, — с горечью сказала Ольга. — Теперь надо ещё придумать, как ему всё это объяснить.
— А почему нельзя сказать прямо? — спросила сестра.
— Прямо? Но…
— Что «но»? Ольга, люди иногда просто говорят как есть. Не все ждут подходящего момента годами, как ты.
Эта фраза явно задела Ольгу. Пальцы сами собой сжались в кулаки.
— Ты опять пришла читать мне лекции? — мрачно спросила она.
— Нет, — Анастасия сразу покачала головой. — Правда, нет. Прости, я не хотела.
— Ладно. Проехали. Лучше скажи, зачем заходила, — сухо ответила Ольга.
Почти сразу после того, как Анастасия ушла, появился Максим. Судя по выражению его лица, они, вероятно, пересеклись у подъезда или в лифте, и встреча эта ему совсем не понравилась.
— Опять твоя сестра капала тебе на мозги, что нам пора расписаться? — недовольно бросил он, снимая куртку. — Мол, ах-ах, у вас двое детей, а вы до сих пор не женаты…
— Нет, — Ольга устало покачала головой. — Анастасия приходила совсем по другому вопросу.
— Да? — Максим даже усмехнулся. — А я уж решил, что тебя снова будут обрабатывать. Терпеть не могу твою сестру. И подруг твоих тоже не люблю. Именно из-за этого. Ну почему они никак не поймут, что нам и так хорошо? Мы вместе, мы счастливы, и никакая регистрация нам не нужна.
Ольга только пожала плечами, хотя внутри снова неприятно заныло. На деле её мучило не только то, что они не состояли в официальном браке. В документах обоих детей в графе «отец» стоял прочерк. И если быть до конца честной, это давно причиняло ей боль и совсем не казалось нормальным.
— Не знаю, — тихо сказала она.
— Так что ей было нужно? — спросил Максим.
— Предлагала мне работу, — ответила Ольга.
— Работу? — он поморщился, а потом посмотрел на неё с насмешкой. — Олечка, какая ещё работа? Мы же договорились: ты занимаешься домом и детьми, а я зарабатываю.
— Да, договаривались, — голос Ольги стал заметно тише.
— Тогда тебе чего-то не хватает? — прищурился он.
— Ну… Понимаешь, сейчас всё стало дороже. Цены растут, инфляция…
— Господи, как забавно слышать от тебя про инфляцию, — Максим рассмеялся. — Значит так: принеси свою тетрадь с расходами и чеки. Я посмотрю, где можно урезать и что с этим делать.
Этой ночью Ольга долго лежала без сна, глядя в темноту и прислушиваясь к собственным мыслям. Она чувствовала, как внутри всё сильнее сжимается тревога.