Наталья на секунду зажмурилась, будто от резкой боли.
— Кому он должен?
— Точно не знаю, — тихо ответила Ольга. — Каким-то людям. Сначала взял пятьсот тысяч, потом ещё. А проценты всё накручивались. Мама узнала об этом где-то месяц назад.
Теперь всё встало на свои места.
И внезапная спешка.
И сказки про «выгодный магазин».
И требование срочно продать именно её машину.
— Дмитрий в курсе?
— Да.
Это короткое «да» ударило сильнее, чем сама сумма.
Наталья машинально поблагодарила Ольгу и сбросила звонок.
Дмитрий вернулся примерно через сорок минут. Словно почувствовал, что разговор уже состоялся. Вошёл спокойно, даже слишком уверенно, кинул ключи на тумбочку и произнёс:
— Ну что, пришла в себя? Надеюсь, перестала накручивать.
Наталья сидела за кухонным столом. Перед ней была разложена папка с бумагами.
— Сколько Андрей должен?
Дмитрий застыл у входа.
— Что?
— Не заставляй меня повторять вопрос.
Выражение его лица сразу изменилось.
— Ольга звонила?
— Разве это сейчас имеет значение?
Он медленно опустился на стул напротив.
— Я собирался тебе сказать.
— После того как продал бы мою машину?
— Наташ, ты не понимаешь, всё очень серьёзно.
— Поэтому ты решил мне солгать?
— Я хотел тебя уберечь.
Она посмотрела на него так, будто впервые увидела перед собой чужого человека. Дмитрий не выдержал этого взгляда и отвёл глаза.
— Уберечь меня, распорядившись моей собственностью?
— Андрею реально угрожают.
— Тогда пусть идёт в полицию.
— Там не всё так просто.
— Нет, Дмитрий. Как раз всё предельно просто. Твой взрослый брат сам взял деньги. Твой взрослый брат и должен за это отвечать.
— Это мой брат!
— А я тебе кто?
Он замолчал.
Наталья ждала всего три слова. Самых очевидных.
«Ты моя жена».
Но Дмитрий сказал совсем другое:
— Тебе этого не понять. У тебя нет брата.
И именно в эту секунду внутри неё будто оборвалась последняя тонкая нить.
Наталья раскрыла папку.
— Тогда давай поговорим уже о нашей семье.
— Что это такое?
— Выписки.
За последние две недели она подняла всю банковскую историю, до которой только смогла добраться. Какие-то переводы раньше проходили мимо её внимания. Какие-то Дмитрий объяснял ремонтом, покупками, срочной помощью знакомым, возвратом долгов.
Но теперь разрозненные суммы сложились в одну картину.
За три года он отправил матери и брату почти триста двадцать тысяч гривен.
Из общих семейных денег.
— Ты копалась в моих счетах? — резко спросил он.
— В наших счетах.
— Ты мне не доверяешь?
Наталья коротко усмехнулась.
— Больше нет.
Дмитрий вскочил со стула.
— Знаешь что? С меня хватит. Собирай свои вещи. Будем разводиться.
— Хорошо.
Он замер.
Видимо, ждал слёз. Уговоров. Испуганных обещаний, что она всё поймёт и больше не будет спорить.
Но Наталья лишь достала из папки ещё один лист.
— Сегодня я была у юриста.
Дмитрий заметно побледнел.
— Зачем?
— Хотела узнать, что меня ждёт при разводе.
— И что же?
— Машина остаётся за мной. Она куплена в том числе на деньги от продажи моего наследственного имущества, все документы у меня есть. А вот квартиру придётся делить.
Он нервно рассмеялся.
— Квартиру? Эту квартиру?
— Да, эту.
— Она моя.
— Нет. Мы приобрели её через два года после свадьбы.
— Первый взнос дала моя мать!
— Сто пятьдесят тысяч гривен. Всё остальное мы восемь лет выплачивали вместе.
Лицо Дмитрия медленно менялось. До него наконец дошло: угроза разводом больше не действует.
— Ты решила отобрать у меня жильё?
— Я собираюсь забрать то, что принадлежит мне по закону.
— Значит, вот ты какая.
— Нет, Дмитрий. Я всегда была такой. Просто раньше тебе было удобно этого не замечать.
Он ушёл, громко хлопнув дверью.
Спустя два дня на пороге появилась Татьяна Сергеевна.
Без предупреждения.
Наталья открыла дверь и увидела свекровь в простой домашней кофте, без привычной помады, без украшений, словно та собиралась не в гости, а на тяжёлый разговор.
— Можно войти?
— Зачем?
— Поговорить.
Они прошли на кухню. Татьяна Сергеевна долго теребила ручки своей сумки, будто подбирала нужные слова.
— Дмитрий сказал, что ты правда подаёшь на развод.
— Правда.
— Из-за денег?
Наталья посмотрела ей прямо в глаза.
— Из-за лжи.
— Мужчины иногда что-то скрывают, чтобы не тревожить женщину.
— Ваш сын не скрывал. Он распоряжался мной так, будто я вещь.
Свекровь недовольно сжала губы.
— Андрей мог серьёзно пострадать.
— Тогда почему он не продаёт свою машину?
В кухне повисла пауза.
— Что?
— У Андрея есть машина. Почти новая. Почему продать нужно мою?
— Ему она нужна для работы.
Наталья тихо рассмеялась.
— А мне, значит, не нужна?
— Наталья, ты женщина. Можешь и автобусом поездить.
Эта фраза прозвучала настолько откровенно, что злость вдруг ушла. Наталья просто увидела всю конструкцию целиком.
Младшего сына надо было спасать.
Старший сын обязан был спасать.
Жена старшего сына должна была молча дать ресурсы.
И никого в этой схеме не интересовало, чего хочет она сама.
— Татьяна Сергеевна, уходите.
— Ты ещё пожалеешь.
— Возможно.
— Дмитрий хороший муж.
Наталья поднялась из-за стола.
— Тогда ему будет нетрудно найти женщину, которая согласится содержать его брата.
Свекровь ушла.
А через неделю произошло то, чего Наталья никак не ожидала.
Ей позвонила Юлия, жена Андрея.
Она плакала так, что слова давались ей с трудом.
— Наталья, ты можешь приехать?
— Что случилось?
— Андрей пропал.
Выяснилось, что утром он собрал документы, снял со счёта последние деньги и уехал из дома.