Под вечер к её рабочему месту подошла Елена из соседнего отдела. Наклонившись, она тихо спросила:
— Что с тобой сегодня? С самого утра на себя не похожа.
Люба молча разблокировала телефон и протянула его коллеге. Та взглянула на экран, прищурилась, а затем едва сдержала смех, прикрыв рот ладонью.
— Узнала её, — сказала Елена, придвигая стул поближе. — Это же Маргарита. Тамара Викторовна. Ты должна помнить — полгода назад приходила к нам с проверкой.
Люба нахмурилась и снова уставилась на фотографию, будто надеясь вычитать из неё какие-то объяснения.
— Проверка… — повторила она задумчиво.
— Ну да, — подтвердила Елена. — Такая вся деловая: с папкой под мышкой и телефоном у уха без остановки. Женщина непростая, своего не упустит. Лучше держаться от неё подальше.
Слова прозвучали без злобы, скорее с оттенком иронии — так обычно говорят о людях, которых предпочитают обходить стороной. Люба убрала телефон в сумку и откинулась на спинку кресла.
— Да уж… видно сразу: характер не мягкий.
— Вы что-то не поделили? — понизив голос, спросила Елена.
— Можно сказать и так, — ответила Люба. — На заправке колонку мне перегородила: стояла болтала по телефону как будто одна там была.
— В её духе, — усмехнулась Елена. — Она везде такая: главное она сама, а остальные пусть ждут.
Они ещё немного посмеялись над ситуацией и перекинулись парой фраз о рабочих делах. Потом Елена вернулась к себе в отдел. Люба попыталась сосредоточиться на задачах дня, но вечер уже подступал; мысли путались, усталость наваливалась всё сильнее. Когда прозвучал сигнал окончания смены, вместо облегчения она ощутила лишь внутреннюю пустоту.
Домой она добиралась медленно: светофоры сменяли друг друга за стеклом машины; ранний вечер затягивал улицы серым туманом. Хотелось как можно скорее оказаться дома: снять обувь, переодеться во что-то удобное и просто лечь в тишине под одеяло. За последние сутки накопилось ощущение истощения – не столько телесного, сколько внутреннего.
Дома её встретила глухая тишина. Люба бросила сумку на тумбу в прихожей и прошла в комнату; включив торшерный светильник, начала раздеваться… Но тут хлопнула входная дверь – появился Максим.
— Мам… мне срочно нужны деньги! – сказал он прямо с порога.
Люба посмотрела на него усталым взглядом:
— Что случилось?
— Да ничего особенного! – поспешно ответил Максим. – Просто подарок нужен… У Кристины ведь скоро день рождения!
— А у Сергея спросить нельзя было? – спокойно уточнила она без раздражения в голосе.
Максим замялся:
— Он ещё работает… Телефон недоступен почему-то…
Люба машинально взглянула на настенные часы: Сергей обычно возвращался раньше неё – его смена заканчивалась раньше примерно минут на тридцать. Она отметила это про себя молча.
— Сколько тебе нужно? – спросила она наконец.
Максим назвал сумму; Люба достала телефон и через банковское приложение перевела деньги молча.
— Спасибо тебе большое! Я побежал! – обрадовался сын уже у двери.
— Иди… — коротко сказала она ему вслед.
Когда дверь за Максимом закрылась, Люба опустилась на край дивана. Несколько секунд сидела неподвижно с отсутствующим взглядом перед собой… Затем набрала номер мужа. Гудки звучали долго… но ответа так и не последовало. Попробовала снова – результат тот же самый…
Она положила трубку обратно на столик рядом с собой: стоять посреди комнаты казалось бессмысленным занятием. Перейдя на кухню и щёлкнув выключателем света над плитой, достала из холодильника фарш для ужина… Мысли вновь начали возвращаться к событиям дня: заправка… фотография… Всё это всплывало снова и снова как назло…
Макароны по-флотски приготовились быстро; помешивая содержимое сковороды ложкой, Люба поглядывала время от времени на часы… Сергей всё ещё не приходил домой… Телефон продолжал оставаться вне зоны доступа…