— Квартира, которая у тебя ещё до свадьбы была, пустует? Я бы там пока остановилась, — безапелляционно произнесла приехавшая тётя мужа.
Оксана ошарашенно посмотрела на стену, стараясь переварить услышанное. Владислав, стоявший рядом, заметно смутился, но так и не смог сразу подобрать слов. Лариса держалась с подчёркнутым достоинством, словно одним своим появлением уже осчастливила эту семью. Казалось, привычный уклад их жизни дал трещину — и никто не представлял, к чему это приведёт.
С детства я грезила о большой и дружной семье — такой, как в книжках с яркими иллюстрациями. Где родители идут, держась за руки, где царит взаимопонимание, а дом наполнен теплом и запахом уюта. В реальности всё было иначе: ощущение ненужности, постоянные переезды из одной квартиры в другую, чувство, будто я лишняя. Когда мне исполнилось пять, родители расстались, и я долго не могла осознать, почему мама теперь одна, а папа живёт с другой женщиной.
С Владиславом всё случилось быстро. Он был старше меня на десять лет — рассудительный, надёжный. В нём я увидела ту опору, которой так не хватало: стабильность, защиту, дом, где я буду важной. Рядом с ним возникало ощущение, будто мы знакомы целую вечность.
Первые годы напоминали сказку. Мы словно не могли нарадоваться друг другу. Он продвигался по карьерной лестнице, я запустила собственное дело — и в каждом моём шаге чувствовалась его поддержка. Когда умерла бабушка и оставила мне квартиру, Владислав предложил не избавляться от неё, а сдавать в аренду. Я согласилась без колебаний: это был мой первый по-настоящему самостоятельный доход.
Я обустроила жильё так, как хотелось именно мне — аккуратно, с вниманием к деталям. Для меня эта квартира значила гораздо больше, чем просто квадратные метры. Даже арендаторов я выбирала тщательно. Например, Никита и Маричка — спокойная, интеллигентная пара, мечтающая о собственном уголке. Мне было приятно осознавать, что могу им помочь. Когда-то я сама находилась в похожем положении.
А потом раздался тот самый звонок — словно гром среди ясного неба. Я слышала лишь обрывки разговора Владислава с женщиной, чей голос был таким громким, будто она стояла рядом:
— Алло, Владислав? Привет, племяш! Узнал? — и заливистый смех, пробивающийся даже через динамик.
Владислав поморщился и поспешил выйти в другую комнату. Я осталась на месте, напряжённо вслушиваясь, пытаясь понять причину его реакции. С каждой минутой его лицо мрачнело всё сильнее, и становилось ясно: происходит что-то серьёзное, но делиться он не спешил.
— Лариса, вот это неожиданность! Сколько лет прошло… Развелась? Да уж, вот так новости… — донеслось до меня. И вдруг выражение его лица стало таким, каким я его прежде не видела — тревожным, почти растерянным. Он нервно постукивал пальцами по столу, и вся его поза выдавала напряжение.
У меня внутри всё сжалось.
— Конечно, Лариса, приезжай. А куда мы денемся? Встретим, будем ждать, — с усилием произнёс он и добавил уже тише: — Ждём.
Связь оборвалась. Он тяжело выдохнул и повернулся ко мне. В его взгляде читалось что-то непонятное, настораживающее.
— Владислав, кто такая Лариса? И почему ты так выглядишь? — спросила я, чувствуя, как внутри нарастает беспокойство.
Он устало провёл рукой по переносице, будто собираясь с мыслями.
— Оксана, тут такая история… Лариса приезжает. И не просто в гости. Жить. У нас.
— Какая ещё Лариса? — я не скрывала изумления. За всё время нашего брака он ни разу не упоминал о ней. А теперь эта женщина собиралась поселиться у нас?
— Это… мамина двоюродная сестра. Лариса. — Он произнёс это так, словно речь шла не о родственнице, а о человеке, от которого стоит ждать неприятностей.
В этот момент меня словно окатило холодом. В груди всё сжалось, и захотелось сделать шаг назад.
— И где же она собирается жить? — осторожно уточнила я, уже предчувствуя ответ.
Владислав опустил глаза и нехотя произнёс:
— Может быть… в твоей квартире. В той, что у тебя была до свадьбы. — Формально это звучало как предложение, но по интонации я поняла: он рассчитывает на согласие.
— Владислав, ты серьёзно? — голос предательски охрип. — В моей квартире живут порядочные люди, которые вовремя платят и никому не мешают! Ты предлагаешь выставить их за дверь ради почти незнакомой родственницы? Ты вообще себя слышишь?
Он съёжился, осознав, что сказал лишнее, но отступать не спешил. По выражению его лица было понятно: он уже готовится возражать и, собираясь с духом, начал:
— Оксана, ну ты пойми… — и в его голосе зазвучали настойчивые нотки.