Меня зовут Марьяна. Я финансовый аудитор и по роду занятий привыкла разбираться не только в хитросплетениях бухгалтерских отчётов, но и в мотивах людей — порой они куда прозрачнее цифр.
Мой супруг Андрей, в отличие от меня, был убеждён, что сочетает в себе коварство профессора Мориарти и обаяние Джеймса Бонда. На практике же его «оперативное мастерство» заканчивалось ровно там, где начиналась моя способность сопоставлять факты.
Около трёх лет назад нашу семью внезапно накрыл локальный Великий Экономический Кризис. Андрей стал возвращаться домой с выражением лица человека, который в одиночку удерживает обвал национальной валюты.
— Марьяна, времена сейчас непростые, — сокрушённо произносил он, щедро намазывая фермерское масло на хлеб. Масло, между прочим, было куплено на мои средства.
— На работе премии урезали без жалости, бонусы отменили. Оклад сократили. Придётся затянуть пояса.
В его исполнении «затянуть пояса» выглядело удивительно удобно — прежде всего для него самого. Он элегантно перестал участвовать в оплате коммунальных услуг («Ты же всё равно платишь со своей карты автоплатежом, зачем что-то менять?»).
Затем внезапно утратил ориентиры в супермаркете («Я путаюсь в этих скидках, у тебя глаз намётан — тебе проще»). А немного позже великодушно предоставил мне честь оплачивать и наш отпуск.
Тем временем его заработок исчезал в неизвестном направлении с фокусами, достойными Дэвида Копперфильда. Проще говоря, муж банально начал припрятывать деньги.
Дополняла картину моя дорогая свекровь — Ирина. Эта дама представляла собой сплав железных принципов, стойкого запаха корвалола и искренней уверенности в том, что я бессовестно обираю её сына.
Каждое её появление напоминало нашествие: без звонка, без предупреждения. Она устраивала инспекцию холодильника и неизменно взыскивала дань — преимущественно моими нервами.
— Марьяна, — с трагической интонацией начинала Ирина, двумя пальцами удерживая кусочек пармезана так, словно это был опасный химический элемент.
— Разве можно так сорить деньгами? Андрей работает на износ, посмотри, какой он бледный! А ты покупаешь сыр по цене золотого слитка. В наше время хорошая жена берегла каждую копейку мужа!
Я лишь мягко улыбалась, продолжая печатать на ноутбуке:
— Ирина, я бы с удовольствием перевела Андрея на перловку и духовную пищу, но его утончённая натура требует пармезана. К тому же этот чек оплачен моей картой. Так что средства вашего сына в абсолютной сохранности — где бы они сейчас ни находились.
После этого Ирина неизменно разворачивалась к Андрею и переходила к главной части программы:
— Андрей, сыночек… У меня на даче крыша совсем прохудилась, шифер осыпается. Ещё немного — и дожди всё зальют, урожай пропадёт. Может, подбросишь матери денег на ремонт?
Андрей мгновенно преображался, принимая вид сироты из романов Чарльза Диккенса.