Я опустилась на колени рядом с ним, сердце билось так сильно, что казалось — его стук слышен в комнате.
— Привет, Тарас. Мне очень нравится твоя башня. Хочешь, я помогу? — спросила я.
Он внимательно посмотрел на меня, будто взвешивая что-то внутри себя, а потом молча протянул мне красный кубик. Этот скромный жест показался началом чего-то важного и настоящего.
По дороге домой он крепко прижимал к себе плюшевого слонёнка, которого мы ему привезли. Время от времени он издавал тихие трубные звуки, и Александр не мог сдержать смеха. Я не могла отвести взгляда от малыша в детском кресле — всё казалось таким невероятным, словно это был сон.
Дома я принялась разбирать его вещи. Маленький рюкзачок показался почти невесомым — трудно было поверить, что в нём уместился весь его прежний мир.
— Я могу заняться купанием, — предложил Александр из дверного проёма. — А ты пока разложи его вещи так, как тебе будет удобно.
— Отличная мысль! — ответила я с улыбкой и облегчением: приятно было видеть стремление Александра сразу установить контакт с мальчиком. — Только не забудь про игрушки для ванны.
Они ушли в ванную комнату, а я тихонько напевала себе под нос, аккуратно складывая одежду Тараса в новенький комод. Каждая пара крошечных носочков делала происходящее всё более реальным.
Но покой продлился ровно сорок семь секунд.
— МЫ ДОЛЖНЫ ЕГО ВЕРНУТЬ!
Крик Александра пронзил меня насквозь.
Он вышел из ванной бледный как полотно; я метнулась в коридор навстречу ему.
— Что ты несёшь? Вернуть?! — выдохнула я и схватилась за дверной косяк, стараясь сохранить спокойствие в голосе. — Мы только что приняли его в семью! Это тебе не свитер вернуть обратно в магазин!